Эх, а может быть это моё проклятье? За то, что я обманываю людей, верящих в гороскопы? А что если сила планет реальна и настал час вендетты?!
Чайник. Коллеги прибьют за то, что я его сломала. Поозиралась по сторонам. Мой взгляд упал на ящик с новогодними украшениями под столом Вали. Достала розовенькую мишуру и обмотала чайник так, что б было не видно, что крышка у него уже сама по себе.
Скрип двери возвестил о приходи Вали.
— Хочу себе работу как у деда Мороза, чтобы сутки через триста шестьдесят четыре! — хихикнула подруга. — Привет Люд, а что ты такая смурная?
— Валя. Это опять повторилось. На стене из ниоткуда появилась клякса и раздался звук, похожий на зловещий смешок. Оно приходит за мной, я чувствую. Это… это… Лангольеры!
Я вскрикнула от ошарашившей меня мысли и уселась прямо на пол. На немытый и грязный пол.
Подруга подошла ко мне, внимательно изучила лицо, приложила руку ко лбу, нахмурилась.
— Зрачки нормальные, температуры нет. Ты что заначку Виталика оприходовала? Тебе ж дурно от спиртного, помнишь прошлый корпоративчик?
Я закивала, а потом отрицательно закачала головой.
— Это – лангольеры. Нам всем кранты.
— Так, — Валя подошла к окну и забарабанила пальцами по подоконнику. — К психиатру пойдём после праздников, сейчас они всё равно под мухой. А ты пока можешь им, этим лангольерам, недельку самостоятельно попротивостоять?
Я осознано взглянула на подругу, поднялась на ноги и распрямила плечи. А ведь правда, когда я ударяю по кляксе, она исчезает. Я могу это предотвратить. Я спасу нас, спасу Россию, а заодно и человечество. Мои глаза увлажнились от осознания собственной значимости. И ведь никто об этом не узнает, о моей миссии, самой важной на свете, об этом бремени, которое ложится на мои плечи.
— Да, я буду противостоять злу, — ответила я, гордо приподняв подбородок.
Валя окинула меня настороженным взглядом.
— Вот и хорошо. Постараюсь записать тебя к доктору на самое ближайшее время. А ты пока держись!
Дверь скрипнула, вошёл Аркадий Иваныч.
— Здравствуйте, девоньки. Ох, как вы всё принарядили: и чайник, и принтер. Вот только зря, поторопились вы, мне сейчас как раз принтер и понадобится. Распечатаю эскизы для первой страницы и к дяде Жоре.
Я уткнулась в экран монитора и сделала вид, что сосредоточенно что-то вычитываю. Ох, сейчас узнает про принтер, ох узнает.
Аркадий Иваныч скурпулёзно начал снимать мишуру с неработающего печатного устройства. Минутная пауза. Я выглянула поверх экрана монитора и увидела, что коллега крутит в руках крышку от принтера.
— Ох, так он сломан. Крышка оторвалась, — резюмировал Аркадий Иваныч. — Так вот почему вы его так обмотали мишурой. Надеюсь чайник обмотан не потому что сломан, так как я очень хочу кофейка.
— О, и мне заварите, Аркадий Иваныч! – подала голос Валя.
Я уткнула голову пониже за монитор и вперилась глазами в экран.
— Да что ж это такое и чайник сломали! — Досадливо воскликнул Аркадий Иваныч. — Вы что же, всё ломаете, а потом мишурой обматывайте?!
— То есть как чайник сломан? Вчера ещё работал? — Не поняла Валя.
— Эх, пойду в отдел к верстальщицам, там распечатаю, — вздохнул мужчина и направился к двери.
— Погодите, Аркадий Иваныч, мне тоже надо фото блюд распечатать, — поспешила за ним Валя.
Оставшись одна, я выдохнула. Вот ведь принтер им понадобился и чайник как назло. Нет до праздников потерпеть.
И вдруг: «Ува-ха-ха!». Опять, дважды за день. Я как ошпаренная вскочила на ноги. Клякса разрасталась на рабочем месте Аркадия Иваныча. Я поозиралась вокруг в поисках чего-нибудь увесистого, но ничего кроме ноутбука коллеги там не было, а звук тем временем сменился на шум дрели перфоратора, клякса разрасталась. Я схватила ноутбук и дважды шарахнула по кляксе. Звук прекратился, клякса исчезла, крепёж крышки ноутбука слетел. Блинчики. Ради человечества, Аркадий Иваныч, ради человечества.
Постаралась приделать оторванный корпус, но он отломился, что называется «с мясом». Даже в закрытом виде было ясно, что бук сломан. Вздохнула, взяла из Валиной коробки ещё одну мишуру и перевязала ноутбук. Что ж, по крайней мере не заметно, что бук развалился. Может пронесёт.
Дверь скрипнула, вошли Виталик, Лиля и Валя.
— Ну что, Глоба, как там звёзды? — Съехидничал Виталик.
— Тебе не светят, — откликнулась я.
— Завтра у нас коллэгыальное собрание, — возвестила Лиля. — Будем слушать стенания дяди Жоры и делать вид что нам будущее журнала не фиолетово.
Коллегиальные собрания у нас проводились в конце каждого месяца. Тот, кто придумал вовлекать работников в процесс управления, тем самым развивая организационную культуру и сплачивая коллектив, был ох как далёк от рабочей действительности.