— Вы меня смущаете, — пискляво-визгливо хихикнула Виталька.
— Ну-ну, не смущайся, милая, — проворковал Дрикхел. — Ты самая потрясающая из всех женщин, которых я когда-либо встречал.
— Ой, да будет вам. Ну всё, мне пора баиньки, мистер Дрикхел. Хорошим девочкам пора спать.
Советник пододвинулся чуть ближе.
— А ты побудь сегодня плохой девочкой.
Краем глаза увидела, как рука императорского советника скользнула на бедро коллеги.
Виталька не выдержала и рявкнула на него грубым мужским голосом:
— Отвали!
А потом за что-то больно ухватила Дрикхела. За что именно я не видела, но императорский советник жалобно взвизгнул и поспешно ушёл туда, откуда явился.
Эх, ещё одно разбитое сердце… оставшись одна, я не сдерживаясь прыснула со смеху.
На следующий день нас повели на массажные процедуры, пилинг лица, маникюр, педикюр и депиляцию. По желанию, конечно.
Я устроилась на массаж рядом с маникюрным креслом, где восседала Виталька.
К нам подошла Фина. Вчерашняя игра на скрипке нас странным способом сблизила.
— Слышали новость? — скрипнула она. — Тётушка Мо вчера орала, что она оглохла.
Я приподнялась на локте.
— А разве она не была глухая?
— Значит старая ведьма притворялась глухой, а сама подслушивала и докладывала. Поделом, — хмыкнула Виталька.
К нам приблизилась объёмная женщина-работница и принялась с усердием мять мне бока.
— С нашей тётушкой Мо вчера приключилась беда, она окончательно потеряла слух, — возвестила массажистка.
Мне отчего-то сделалось жалко престарелую теперь уже и правда глухую горничную.
— Говорят, что-то уходит, что-то приходит. Многие глухие люди, отлично играют на музыкальных инструментах. На скрипке, например, — как бы невзначай вставила я. — Ай-ай, не так напористо, без фанатизма, пожалуйста.
— Ладно, попробую подсунуть ей контрабас, — пожала плечами массажистка.
Витальке тем временем с маникюра перешли на педикюр.
— Вы не хотите сделать депиляцию? У вас такие мохнатые ножки, — поинтересовалась работница.
— Однозначно нет, — отрезала Виталька. — Что естественно, то не безобразно.
Когда я выходила из салона меня перехватила Сарса.
— Привет, зайдём в мою комнату, думаю уже нет особого смысла шифроваться. Драгмарлена с Финой чуть ли не под ручку лазают по всему Дракхоллу.
Я кивнула. Мы зашли к Сарсе. Она прикрыла дверь, но несмотря на браваду о том, что нечего по углам шушукаться заговорила шёпотом:
— Жаль, что Биби выкинули, она была верным соратником.
— И хорошим другом, мне тоже жаль.
Сарса внимательно на меня посмотрела и продолжила.
— Кто бы мог подумать, что эльфка запоёт, причём весьма недурно. Мы просчитались.
Так вот что её заботило: Биби и Вивьена. Решила предупредить её насчёт красок.
— Мне стало известно, что в акриловые краски добавят уголь. Нужно выбирать акварель.
Между бровей Сарсы пролегла складка и она кивнула.
— Понятно, спасибо, что предупредила. Давай и дальше действовать сообща. Приоритет: Драгмарлена и Вивьена. Да-да, именно в таком порядке.
После завтрака нас завела в просторную мастерскую, выдали каждой указанный вид краски, палитру, кисточку и баночку с водой, которую, как сказали будет обновлять служанка по нашему требованию, а также карандаши и угольки. Каждая из нас стала перед своим холстом.
— Что это?! Краски все чёрные! — взвизгнула рыженькая Лоренца.
— И у меня, — подхватила Вивьена.
Членов жюри не было, они должны будут явиться к концу тура, в наличии была только служанка, которая на все вопросы пожимала плечами. Ещё бы, ведь это была Пэй, которая и добавила в тюбики толчёный уголь.
Лоренца подошла к Витальке.
— Подруга, поделишься краской?
— Извини, подруга, но мне будет ой как неудобно тогда рисовать, — пискляво-визгливым голосом ответила Виталька.
Лоренца не понимающе на неё уставилась.
— Но как же так, мы же подруги?!
— Мы не подруги, мы – конкурентки, а конкурентки ничем годным не делятся, — сверкнула глазами Виталька.
Лоренца вздохнула, покрутилась и вернулась к своему холсту.
Не успела я сделать пару завершающих мазков как двери открылись, запуская членов жюри. Мы и они поздоровались, обменялись любезностями, и драконы принялись обходить шедевры искусства.
Сначала подошли к Сарсе. У неё был нарисован тронный зал, посередине которого в короне стоял мужчина, напоминающий Дракхала, в одной руке он держал скипетр, в другой – державу.
— Это же Дракхал второй, батюшка нынешнего императора, — узнал Дрикхел, — это при нём я начал службу во дворце.
— Повесим в нашем зале, — решил Драгир.