— Стойте! — когда он выскочил на залитую серебристым светом поляну, рядом возникли шиноби в масках: на одной была нарисована Сова, на другой — Кот. — Что за взрывы? На башню напали?
Сайтама остановился с дрожащей Анко на руках, проигнорировав вопросы оперативников.
— Здесь медики есть? Ей срочно нужна помощь.
— … — на его слова никто не ответил, АНБУ лишь застыли, переводя взгляд с лысого на Митараши, что потряхивало от озноба.
— Митараши Анко? Что с ней стряслось? — один из оперативников подошёл ближе. — Что с вами? Вам плохо? — он обратился к куноичи.
Анко зашипела от боли, но ответила:
— Нет, бл… хорошо!
— Что-то вы, ребята, тормозите, — сказал Сайтама. — Я спросил: медики здесь есть? Если нет, то я понесу её в больничку.
— Э… — замялся анбушник, — но до госпиталя не менее получаса пути, и это если…
На поляну неподалеку от башни приземлились три фигуры. Одна из них вышла вперед:
— Меня зовут Якуши Кабуто. Я немного разбираюсь в ирьёниндзюцу.
— Генины? — спросил оперативник АНБУ. — Это вас не касается, просто пройдите в Башню, чтобы закончить этап.
Вдруг Анко закричала, а её тело выгнуло дугой. Она вцепилась мёртвой хваткой в Сайтаму и, подавив крик, до крови закусила губу.
Пепельноволосый, поправив круглые очки, блеснувшие в лунном свете, бросил своим сокомандникам:
— Идите в башню, я задержусь.
Двое рослых парней в тканевых масках молча кивнули и, обойдя анбушников, последовали в башню. Кабуто же, не обращая внимания на оперативников, беспокойным шагом направился к девушке:
— Положите её на землю, пожалуйста.
— Угу, — Сайтама опустил девушку на траву, но та по-прежнему не отпускала его, будто когтями вцепившись в жёлтый костюм. — Это…
— У вас на руках мне будет неудобно её осматривать. Какие симптомы? С чего все началось? — Кабуто достал подсумок с медикаментами.
Сайтама по возможности мягко отцепил Анко от себя и положил на траву. Девушка, скрипя зубами, стонала. Тело её скрутило в судороге.
— Она, это, — замялся лысый, — сначала за шею схватилась, потом ей плохо стало. Вроде бы и всё.
Генин отвернул лацкан плаща, открыв горящую золотисто-багровым светом печать в виде трёх томоэ.
— Ну что там? — с нетерпением в голосе спросил один их АНБУ, подойдя ближе.
Кабуто, тут же вернув лацкан обратно, активировал Шосен, засиявший мягким зеленоватым цветом, и заводил руками вдоль тела куноичи:
— Нет нужды беспокоиться, я здесь справлюсь.
Второй оперативник возразил:
— Но ты ведь генин и сказал, что лишь немного разбираешься в медицине.
— М… — протянул Кабуто. — Возможно, я не совсем точно выразился…
— Погоди, лицо этого парня кажется мне знакомым, — сказал первый анбушник. — Как, говоришь, тебя зовут?
— Якуши Кабуто.
— Точно, — анбушник хлопнул себя по маске, — ты работаешь в госпитале, верно?
— Именно, — продолжая использовать Шосен, подтвердил ниндзя-медик.
— Ах, да, похоже на то, — согласился второй. — Ты же вроде не впервые проходишь Чунин Шикен. О тебе ещё слухи ходили. Неудачник-Кабуто. В какой раз ты проходишь экзамен, не напомнишь?
— В седьмой, — выдавил Кабуто, поморщившись.
— Да, парень, бывает, — покивал оперативник. — Не отчаивайся, ты ведь ирьёнин прежде всего. Я вот чего не могу понять, на кой чёрт тебе сдался этот экзамен…
Кабуто культурно покашлял, прерывая излияния оперативника:
— Не сочтите за грубость, но вы мешаете лечению. Не болтайте под руку. А ещё лучше — уберитесь отсюда. Я не могу из-за вас сконцентрироваться, — в подтверждение сказанному тело куночи в очередной раз выгнуло дугой, а из горла вышел приглушённый вскрик.
Второй анбушник дал оплеуху первому, и они, синхронно кивнув, скрылись в башне, чтобы успокоить претендентов.
Как только АНБУ скрылись из виду, Кабуто тотчас приступил к лечению. Он вколол девушке какие-то препараты, приложил марлевый компресс к шее.
— А мне тоже уйти? — осведомился Сайтама.
— Нет, вы можете остаться, — хмыкнул генин и тихо добавил. — Я просто не очень люблю безликих.