— Да, мы обязательно отблагодарим Наруто. А теперь, если тебе больше нечего мне сказать…
— Понял, Хокаге-сама, — склонил голову Нара. — Не смею больше отвлека…
Не успел Шикаку закончить, как в дверь кабинета сбивчиво постучали. Затем, не дожидаясь разрешения, в помещение заскочил анбушник; припав на одно колено, он выпалил:
— Хокаге-сама, важное донесение из госпиталя!
Хирузен потупил взор:
— Неужели состояние маленького Чоуджи ухудшилось? Что с ним? — Третий опять начал набивать трубку, ожидая неприятных вестей.
— Э-э-э… — оперативник на мгновение растерялся. — Хокаге-сама, новости не связаны с сыном главы Акимичи.
Хокаге с облегчением выдохнул. Он положил трубку в рот и незаметным движением пальца снова зажёг её.
— А с чем связана?
— Эм… Хокаге-сама. Это… Какой-то шиноби Конохи поймал нукенина. Судя по осмотру — то оказался Орочимару. Его доставили в госпиталь.
— Кхе-кхе, — дым, кажется, пошёл не в то горло, и Хокаге закашлялся. — Какого… Он же умер? От него один пепел остался.
— А? — не понял анбушник. — Прошу прощения, такой информации не поступало. Нам известно, что он находится без сознания со сломанной челюстью. Сказали, что его доставил в госпиталь шиноби по имени Сайтама.
На некоторое время в кабинете повисла звенящая тишина, разбавляется далёким щебетом птиц. Но потом Хокаге рассмеялся.
Он смеялся не меньше минуты, утирая выступившие от смеха слёзы.
— Хокаге-сама, — осторожно поинтересовался Нара. — Всё в порядке?
— Хе-хех, — Хокаге кое-как взял себя в руки. Отсмеявшись и промокнув глаза рукавом хаори, он отложил трубку. — Всё отлично, Шикаку. Всё просто прекрасно. Ох, Сайтама. Кто бы мог подумать, что ты поймаешь этого хитрого змеёныша. А ведь Орочимару почти нас обманул…
— Это ещё не всё, Хокаге-сама, — осторожно произнес оперативник.
— Что ещё?
Прочистив горло, анбушник продолжил:
— Этот Сайтама говорит, что поймал нукенина S-ранга и что за это ему причитается соответствующее денежное вознаграждение.
Улыбка застыла на лице Хокаге. Да и сам он сейчас представлял собой копию выбитого в скале лика, застыв изваянием. Нара тоже не знал, что на это можно сказать. Награда за живого Орочимару в книге Бинго достигает трёх сотен миллионов рьё. А в Конохе… В Конохе согласно заказу за него должны давать целых пять…
— Хокаге-сама, — первым отмер Шикаку. — Но формально он ведь был пойман на территории Листа, да и Сайтама — шиноби нашей деревни. Потому хочу узнать, есть ли смысл давать награду в полмиллиарда рьё — шиноби нашей деревни, тем более новичку?
— … — Хирузен безмолвствовал. И всё ещё не двигался… Лишь хлынувшие в три ручья горячие слёзы выдавали то, что он ещё жив.
— Хокаге-сама?
— Хокаге-сама⁈..
Глава 36
Всё-таки одному и вправду бывает чрезвычайно трудно выбираться из передряг. Порой — даже невозможно. Для Змеиного Саннина это был как раз тот случай. Его облепили подавляющими фуин печатями, как биджеву куколку. Только глаза и «торчали» из-под бинтов.
Хирузен ещё час назад приходил к нему и журил, как какого-то нерадивого ученика. Предлагал выложить всё, что он знает о делах Корня, и о его личных планах взамен на жизнь… в подземном карцере Конохи под тотальным контролем и полным подавлением, м-да. Какие радостные перспективы. Разумеется, Орочимару также нужно было добровольно поделиться данными о своих экспериментах. Всё ради Воли Огня и прощения от деревни — так говорил чёртов старик.
И саннин в который раз его послал. Очень витиевато и далеко. Хирузен, недовольно попыхтев трубкой, дал ему на размышления время до вечера, если ответ Орочимару будет тот же, то его разум будут взламывать сразу несколько лучших специалистов клана Яманака. И в таком случае сохранность рассудка и мозгов одного из Легендарной троицы не гарантировалась совершенно. Он точно станет овощем…
Благо Змеиный Саннин всё же был не один. Кабуто, будучи ирьёнином, причём показывающим довольно хорошие результаты в госпитале, имел доступ к его палате.