— Я чувствую себя гораздо лучше, спасибо, ирьёнин-сан! — ученик Академии хотел было вскочить, но молодая куноичи уложила его при помощи выученной на днях техники. Одно лёгкое и точное касание — сознание шкета вырубает, а тело заваливается обратно в кушетку.
«Довольно грубо, — мелькнуло у Цунаде. — Но я бы на её месте поступила точно так же».
— Цунаде-сама, какие замечания? — спросила она, заправляя прядь алых волос за ухо. Затем сквозь линзы очков уставилась своими малиновыми глазами на сенсея.
— Ты справилась вполне неплохо, Карин, — кивнула Сенджу. — Это был твой последний пациент на сегодня. Можешь отдыхать…
Девушка ещё была полна сил и энтузиазма и хотела помочь другим… Но Цунаде охладила её пыл, назначив задание прочитать горы специализированной литературы и всё хорошенько законспектировать да вызубрить. И время ограничила лишь двумя сутками. Что поделать, обучение на ирьёнина — крайне тяжёлая штука, ибо требуется поглощать и усваивать невероятное количество информации.
— Послезавтра утром, в то же время, — покровительственным тоном заявила Сенджу. — Я проверю, как ты выучила материал по этому разделу, также у нас будет практика…
— Хай! — поклонилась Карин и резво умчалась прочь. Видимо, хотела успеть в библиотеку до закрытия.
Поднявшись к себе в кабинет с табличкой «Главный ирьёнин госпиталя», она закрылась и улеглась на диван. Конец рабочего дня. Вернее, конец учебно-рабочего дня, м-да…
Кто бы мог подумать, что она заведёт себе ещё одного личного ученика. Да к тому же и такого талантливого. А всему виной старик Хирузен…
Её сенсей порой бывает чрезвычайно хитёр и расчётлив. Вызвав не так давно её к себе в Башню, он обрисовал ситуацию в общих чертах.
— На экзамене я приметил одну любопытную куноичи из Скрытой Травы, — он пыхтел трубкой как не в себя. Весь кабинет был в клубах табачного дыма. Хорошо ещё, что запах табака был относительно приятен. В отличие от сигарет того же Асумы. — Она — Узумаки…
— И? — Цунаде не совсем поняла, к чему ведёт старик.
— И у неё оказался чрезвычайно мощный дар к исцелению. Однако в Кусагакуре её способности использовали слишком топорно.
Далее Хирузен поведал о её биографии, описал, как относились к девушке другие ниндзя Скрытой Травы. Как умерла её мать, и что девушку использовали в качестве восстановительной пилюли, банально кусая её за разные части тела, дабы восстановить запасы чакры или заживить раны.
Цунаде прищурилась:
— Очень слезливая история. И только поэтому вы решили забрать её у Скрытой Травы? С каких пор Коноха страдает такой заботой и добросердечностью к шиноби других деревень?
Сенджу уже начала догадываться, к чему ведёт старик. Но свои догадки пока решила оставить при себе.
— Ну… — Хирузен отложил трубку и сцепил пальцы в замок. — По правде говоря, я взял её к нам в деревню не только потому, что она природный ирьёнин, но и… из-за Наруто. Он после экзамена попросил, чтобы я поспособствовал её переселению, ведь она тоже Узумаки. А Узумаки, по его словам, должны держаться вместе. И он, как будущий глава клана, хотел, чтобы я помог в этом…
«И ты послушал его?» — мысленно вопрошала Цунаде, но ничего не сказала, давая возможность старику самому поведать всё что нужно.
— Вижу в твоих глазах вопрос: почему я прислушиваюсь к просьбам Наруто… Он спас троих наследников Ино-Шика-Чо на Втором этапе экзамена. И под «спас» я подразумеваю, что им грозила смертельная опасность, и если бы не Наруто, то будущая элита Конохи стопроцентно была бы уничтожена шиноби Песка. Потому пожелания Наруто будут учитываться в дальнейшем, просто в качестве уважения к его поступку.
— Не вижу ничего особенного. Помогать шиноби своей деревни — обязанность каждого шиноби, — парировала Цунаде, пожав плечами. — Любой бы поступил точно так же, разве нет?
— Так-то оно так, но не всегда это выходит против джинчурики, который непроизвольно способен использовать силу биджу. А Гаара — джинчурики Однохвостого — ко всему прочему ещё и является сыном Казекаге Расы. И стихия магнетизма, что позволяет ему управлять Песком, крайне неудобна, особенно для тех, кто никогда не сталкивался с такими дзюцу. — Хирузен задумчиво пожевал губу. — Но я тебя вызывал к себе не для диспутов о Наруто или сыне Казекаге… я уже озаботился всеми бюрократическими вопросам по поводу перевода Карин в Лист. Администрация Кусагакуре не была против…