— Не могу двигаться. Вырежи это, живо!
Лезвие Кусанаги пошло спиралью и обхватило чёрный штырь, торчавший из плеча Хатаке. Мгновение — и клон вытаскивает чакроприёмник, выкинув тот прочь.
Какаши с облегчением выдохнул. Чакра вновь начала течь по телу, а частичная парализация полностью сошла на нет.
Вот только это был ещё не конец.
Последнее, оставшееся в живых, тело активизировалось. Обнаружив раненую и неподвижную цель, Путь Асуры начал готовить что-то невероятно убойное.
Его черепная коробка раскрылась и навелась прямо на Какаши с клоном, не обращая внимания на Джирайю. Вместо мозгов там наблюдалось пульсирующее голубым сиянием ядро, готовое разразиться энергетической атакой невообразимой мощи.
— М-ма… проблемно.
Три томоэ шарингана в его левом глазу сменились на трёхлезвенный сюрикен с зазубринами.
— Камуи!
Как-то ощутив формирование пространственной воронки, Путь Зверя отклонил корпус. И техника вместо головы поглотила пару рук. Однако на появление мощного голубого лазера это не повлияло. Он выстрелил сначала в небо, затем навёл пушку-голову на цель.
Клон применил технику «Подземного обезглавливания» на Какаши, только утащил его гораздо глубже.
Тем не менее жар от энергетического луча ощущался даже под землёй, а уж когда луч начал вбуриваться в почву, Какаши уже готов был прощаться с жизнью…
Однако действие дзюцу внезапно закончилось. Вместо этого Хатаке ощутил землетрясение.
Вынырнув, он увидел бой саннина против куклы Пейна.
Поток масла полился на Путь Асуры, а вдогонку пошла техника Огня.
Из пяток вырвались реактивные залпы, что вывели марионетку из области поражения. Плотный поток волосяных сенбонов от Джирайи также не нашёл цель. В ответ лишь летели ракеты, а очередные сенбоны бессильно скользили по щитам, вырастающим на теле куклы.
Дзюцу Львиной Гривы образовало шипастые монструозные щупы, что метнулись к цели, однако дзюцу встретили циркулярные пилы и свёрла, что изничтожали техники саннина в ближнем бою.
Какаши также решил внести свою лепту. Однако клон, что схватил из-под земли свою цель за ноги, был тут же уничтожен ракетой в голову — на его месте остался лишь дымящийся кратер.
— Его нужно обездвижить! — крикнул Какаши.
— Понял, рассчитываю на тебя, — кивнул Джирайя и вложил почти всю чакру в технику. — Львиная грива: Бесконечный поток!
На этот раз волосы образовали не просто щупы… нет, они буквально превратились в бурлящее море, которое двинулось в сторону марионетки, окружая ту.
Уйти от такой атаки Путь Асуры не смог. Он вновь обнажил череп, приготовившись поразить своих противников мощным лазером.
Белые бурлящие волны настигли его, заключая в огромную колючую ловушку.
Подходить на расстояние выпада Кусанаги самому было как-то боязно. А клон не мог удлинять её так, как оригинал. Потому Какаши решил повторить свою атаку.
Три томоэ завертелись и вновь слились в узор Мангекё:
— Камуи! — кровь тонкой струйкой потекла прямо из шарингана.
Лазурный испепеляющий луч прошёл в считанных дюймах от него, однако это уже было неважно. Воронка пространственного дзюцу разорвала марионетку, оставляя лишь кусок ноги — от бедра до ступни.
— Расенган! — вращающаяся сфера от Джирайи добила останки куклы, на всякий случай.
Какаши упал на колени, опираясь на руки:
— Бу-э-э-э… — поток блевотины оросил землю. Ему пришлось хорошенько поднапрячься сегодня, мобилизуя всю концентрацию и ресурсы, особенно учитывая общее состояние организма. Но сейчас вроде бы стало немного легче, и в мозгах прояснилось. Возможно, если бы у него не было чакроистощения, он бы мог попробовать сейчас сделать какое-нибудь S-ранговое дзюцу.
В этом бою он умудрился рационально мыслить. Наверное, из-за того, что действие «опьяняющих» пилюль Цунаде постепенно выветривалось. И мозг понемногу трезвел. Однако, несмотря на это, его контроль чакры всё ещё был снижен. Потому он на постоянной основе мог использовать лишь дзюцу B-ранга и меч. И с такими ограничениями он с саннином одолели S-рангового нукенина, точнее, его марионеток.
Возможно, не такой уж Какаши и слабак. Ну, и клинок, подаренный Хокаге (а ранее принадлежащий Орочимару), внёс свою лепту. Без Кусанаги ему не удалось бы так гладко провести первое «убийство». Здесь сыграл фактор неожиданности.