К слову, нападать он теперь не спешил.
— Значит, разум не пропал, — покивал Орочимару. К тому же живучесть образца действительно увеличилась. Боевой потенциал, может, у Мизуки и был относительно низким, но вот устойчивость к урону и восстановление — теперь даже выше, нежели у Сенджу или Узумаки. Удар ногой в полную силу от Орочимару отправил бы в Чистый Мир любого среднестатистического джонина мгновенно, даже учитывая, что саннин не являлся мастером тайдзюцу. Однако Мизуки крепко стоит на ногах. Да и состояние его вполне сносное.
— Отлично, послушай Мизуки-кун, ты теперь…
Мизуки заревел и упал на четвереньки. Из пасти его толчками полилась кровь, вперемешку с зеленоватой пеной. Шерсть на теле начала опадать. Челюсть вновь вернулась на место. Кости изменяли длину, суставы с отчётливым хрустом вставали на прежние места. Все метаморфозы не заняли и десятка вдохов.
— Орочимару-сама… — хрипло вырвалось у Мизуки из горла.
— Обратился в человека? — бровь Орочимару выгнулась вверх.
Он не ожидал, что подопытный сможет вернуть человеческую форму. Получается, теперь Мизуки может по желанию обращаться в зверя? Прелестно! Фуин преобразования и усиления были предварительно нанесены на его тело не зря. Но нужно провести дополнительные исследования. Насколько форма стабильна? Сколько тот может её поддерживать? Есть ли какие-то последствия от её использования? Вопросов много. А времени для исследований так мало. А ведь ещё нужно работать над клонированием тканей. — Поздравляю, Мизуки-кун. Я ведь говорил, что ты сегодня выживешь. Как ощущения?
— Я чувствую… — Мизуки помотал головой. — Я… хр… больно!
Бывшего чунина вырвало кровью. Он упал набок и захрипел. Изо рта пошла кровавая пена. Закрыв глаза и широко раскрыв рот, он с гримасой боли схватился за грудь.
Когда Орочимару подошел к нему и присел на корточки, чтобы проверить состояние подопытного, то не сдержал ругательства.
Мизуки затих. Совсем. Дыхания не было. Сердце остановилось. Регенерация справилась с прошлыми ранениями. Но на этом всё. Больше признаков жизни он не подавал.
— Биджу… — прошипел Орочимару. — Опять неудача… ну, хоть не взорвался, — нашёл один положительный момент саннин.
В дверь лаборатории мощно и требовательно забарабанили.
Наверное, кто-то следил за ним в комнате наблюдения. И видел всё, что происходило на камерах. Орочимару всегда закрывал лабораторию. Он не любил, когда его отвлекали от экспериментов.
Он открыл окошко, сдвинув скрывающую панель в сторону.
— У меня всё под контролем, — раздражённо прошипел он, увидев маску анбушника. — Мне нужно провести вскрытие и выяснить точные причины неудачи. Также я проанализирую данные с фуин-диска. Как закончу записывать результаты — можете убраться здесь. А пока…
— Змеиный Саннин Орочимару, — из-под маски раздался скрежещущий голос, что вызывал лишь раздражение, — за вами пришли.
— Ку-ку-ку… и кому же я мог понадобиться в столь поздний час?
Оперативник АНБУ отошёл от двери, открыв вид на вполне знакомое лицо ученицы его давней подруги.
— Вас срочно вызывает Цунаде-сан. Идёмте со мной! — Шизуне напоминала ему какого-то зверька. Милая, но при этом без своей учительницы совершенно беспомощная. Всюду таскающаяся за ней, как хвостик. По крайней мере, Орочимару её такой запомнил.
— Хм… не помню, когда малышка Цунаде успела стать хокаге, — показательно задумался Орочимару, наморщив лоб. — Видимо, я пропустил ее инаугурацию со всеми этими экспериментами. Я ей позже отправлю поздравительную открытку.
Шизуне заскрипела зубами. Приказывать ему мог только хокаге. А у старика из-за проблем с Акацуки сейчас дел по горло.
— Она в госпитале, в операционной…
— Рад за неё, — понизил голос Орочимару, а глаза его опасно сверкнули. — Однако всё ещё не услышал причины, почему я должен отвлекаться от работы и куда-то идти.
Шизуне мельком глянула через плечо на анбушника, замершего возле стены истуканом. Затем повернулась и бросила лишь одно слово, прошептав то одними губами.
Лицо Орочимару застыло на пару мгновений, после чего исказилось кривой ухмылкой. Длинный язык высунулся и облизал губы в предвкушении.
— Ку-ку-ку… Девочка, с этого сразу и стоило начать.
***
Башня Хокаге, Малый Зал для совещаний
Экстренное собрание совета джонинов проводилось в каком-то сумбуре. Во главе длинного стола сидел Хокаге, что дымил трубкой и краем уха вылавливал основную и важную в той мешанине общих отчётов информацию.
В зале с кандзи «Огонь» на зелёных стенах и с бумажными люстрами в форме янтарно-алых лепестков огня под потолком — довлела мрачная атмосфера. И это понятно. Навалилась целая куча тяжёлых вестей, которые нуждались в тщательной проработке и анализе как со стороны Нара, так и других шиноби, составляющих военно-политическую элиту Конохи. Близилась война с Акацуки. Они не могут проигнорировать столь вопиющие действия террористов. Если тройка посланных S-ранговых шиноби проиграла Пейну и действительно убита, то ответ должен быть незамедлителен. Но, с другой стороны, бежать на Амегакуре сломя голову и без предварительной подготовки — нельзя. Ибо, не зная полной силы противника, Лист может потерпеть сокрушительное поражение и потерять ещё больше сильных бойцов. Также стоит дождаться результатов задания, которое он дал Тензо, Гаю и своему сыну в Стране Рисовых Полей. Нужно быть уверенным, что Данзо не ударит в ближайшее время им в спину.
Это ещё не все новости. Узумаки Наруто вдруг вернулся в Коноху, хотя должен был всё время вплоть до финала экзамена тренироваться на горе Мьёбоку. Жабий Мудрец Фукасаку не стал скрывать от него смерть Джирайи. И это плохо. Очень недальновидный поступок со стороны старика. Ведь Акацуки охотятся за джинчурики, и лучше бы Наруто находиться в скрытой области, в безопасности.
Но нет. Блондин понял целую бучу и хотел чуть ли не в одиночку идти в Амегакуре, чтобы… чтобы что? — у Узумаки ответов не было. Он просто фонтанировал яки, и его еле смогли угомонить путём долгих увещеваний и совместных попыток достучаться до разума. А главным аргументом оказался тот факт, что Наруто попросту не знал, где это самое Аме находится, и нуждался в проводнике. Ну и, конечно же, что его мастер — сильнейший шиноби Листа, и что он уж точно не смог бы проиграть «какому-то лидеру Акацуки».
— …У нас может открыться второй фронт с людьми Данзо. Хокаге-сама, мы также понятия не имеем, чем окончится миссия Гая, — периферией сознания он улавливал сухой голос Шикаку. Анализ главы теневиков пока не давал никаких идей по поводу того, как им поступить. В общем и целом, он сейчас попросту озвучивал мысли Хирузена. — Если Корень действительно занял базу Орочимару, то…