Я потер виски, внутри которых разрасталась головная боль. Ну уж нет, я на такое не подписывался. Я взрослый мужик, который не должен идти на поводке у чувств и бабы. Я же не каблук? Не каблук. Ну вот. Решили.
— Никита.. а..— из моих размышлений меня вытянул сладкий голос Лиры. Я перевёл взгляд на ее губы - пухлые, и такие манящие.
Я вновь поддался чувства мы потянулся к ней. Мы сидели близко друг другу, поэтому я оказался у губ быстрее, чем ожидал. Лира округлила глаза и молча смотрела на меня. Моя девочка.
— Что ты хотела, моя сладкая Вишенка?
— А..э..ну.. — её голубые глазки забегали по моему лицу, пытаясь найти самое безопасное место. Я выдыхал её запах, который шел по всему телу и оседал ярким возбуждением, делающим мои шорты невыносимо тесными. Я снова хотел ее. Видимо, и вправду забуду, что такое без стояка. Грустно.
Я поддался ближе к ней, осторожно накрыл алые губы своими, втянув в поцелуй. Сначала она остолбенела, после начала отвечать. Интересно, я вызываю у неё такие же чувства, какие возникают у меня от неё? Было бы славно. Разорвав поцелуй через пару минут, я осторожно потянул Лиру к себе за бедра, приподнял, и усадил к себе на колени. Она покраснела.
— Стесняешься сидеть у меня на коленях, хотя утром безбожно сосала мой член, как будто умрешь без него? — Лира, мать твою, ты слишком милая, не заставляй меня сходить с ума по тебе, я итак как пубертатный пацан в первую вагину в моей жизни влюбляюсь.
— Дурак.. — этот шепот меня все больше возбуждает.
«Влюблённый дурак» - пронеслось у меня в голове. Е-е-ебаны в рот. Это что за пиздец у меня в голове? Не - не. Никакой любви. Ла-адно, разберусь с этими мыслями позже, потому что эту ерзающая мадам заставляет мой, болящий от перевозбуждения, член болеть сильнее. Так и кончить недалеко.
Я притянул Лиру к себе за талию так, чтобы она положила свою голову мне на плечо, а торсом оперлась на мою грудь. Правой же рукой я оттянул пальцем резинку от шорт, которые были надеты на ней, и легко скользнул под них. Белье. На Лире его не было. Как я мог забыть?
- Ай-яй, маленькая развратница без трусиков. - в меня снова вселились демоны и мой голос был намного ниже и более хриплым, чем в повседневной жизни. В ответ малая тихо вздыхала, когда я оказался между ее мокрых складочек. Горячо. Двумя пальцами я вошел в ее влагалище, большим массировал клитор. Не мог удержаться от поцелуев, поэтому чуть подтолкнул ее плечом, на котором она лежала, чтобы она привстала, а после вцепился в ее губы. Я поглащал ее стоны, все сильнее доводя ее до пикаа. Вообще - то я тоже еще не кончил, так что, ей придется подождать. Я чувствовал, как спустя время, которое мне казалось мгновением, мышцы Лиры начали напрягаться вокруг моих пальцев, и в самый ответственный момент я вытащил свою руку из ее шорт и разорвал поцелуй, не дав ей кончить.
Она обиженно посмотрела на меня и начала слазить с моих колен. Ну куда ты, счастье мое ненаглядное?
- Я не отпускал тебя. - думаю, вцепиться обеими руками в ее бедра и вжимать сладкой попкой в свой стояк - идеальное решение. Думаю, с утра у нее останутся синяки от моих пальцев.
- Ты снова меня используешь. Не хочу быть шлюхой. - Боже, еще расплачься от той хуйни, которую сама выдумала.
- Кто сказал, что я тебя использую?
Она молча уставилась на меня подозрительным взглядом, скривив губы в тонкую полоску. Её глаза были мокрыми, но, казалось, плакать она не собиралась. Ну, или наоборот, боролась с желанием разреветься. Не знаю.
В любом случае, я не собираюсь допустить того, чтобы хоть ещё одна слеза родилась в уголке её глаз. За то время, сколько мы знакомы, она слишком много раз плакала. Это не позволительно. Не по-мужски доводить любим… Нет, нет, не-е-ет, Никита, ты идиот, нет. Не сейчас, слишком рано.
Я смотрел на Лиру, без возможности вымолвить хоть слово. Она очаровывает и поглощает, возбуждает и заставляет расколоться мою душу на миллионы стеклянных осколков. Я вновь притянул ее лицо за подбородок к себе. Вновь затянул поцелуй эти пухлые губы. Хочу поглотить её от головы до пят.