Он нехотя исполнил мою просьбу, как из-под палки.
— Скажи мне правду. Ты не желаешь мне зла?
— Что ты такое говоришь?!
Раз встав на тропу прямолинейности впервые в жизни, я решила не сворачивать назад.
— Ты ведь меня не предашь?
В его глазах отразилось негодование такой силы, что вот-вот оно разрушительной магией вырвется наружу и сметет все на своем пути, включая меня. Хорошо, что эмоции заблокировали ее извержение.
Он хотел что-то сказать в ответ, но вдруг нас прервал раздавшийся из дома дикий, пробирающий до мурашек вопль.
Глава 14. До Встречи, Любимый Друг!
Мы с Мишей, напрочь забыв про разговор, бросились к дому на всех скоростях. За это время сотни, если не тысячи мыслей, пронеслись в голове. Я даже представить не могла, что случилось, но ожидала столкнуться с самым худшим. Так и произошло. Мы вбежали в залу, где все уже собрались. Тут я краем глаза заметила, как один из моих новых гостей, имена которых я не запомнила, незаметно ото всех прошел из сада в дом вслед за нами с Мишей. Оказывается, все это время он слышал разговор. Мне стало не по себе: теперь охрана будет следовать за мной по пятам ради безопасности, а в безопасности я чувствовала себя с каждым днем все меньше и меньше. Проклятие уже действует на моих друзей.
На полу весь в крови лежал Микко. Анника тщетно пыталась привести его в чувство, хотя мы знали, ощущали, что он мертв. Слезы безвольно потекли по щекам, и вскоре я не могла сдержать плач. Я так и не поняла, кто издал вопль. Голос мог принадлежать кому угодно, но важно ли это теперь?
— На него напали тем же способом, что и на меня: трусливо со спины, — глухо произнес Миша. Он был бледен и от шока не мог заставить себя сдвинуться с места, словно его ноги приросли к полу.
— Кто бы он ни был, он ответит за убийство Микко, — сказал со злостью в голосе Мирза, сжимая кисти рук в кулаки. Он готов был ринуться в атаку на противника прямо сейчас. Он, как и мы, девчонки, не скрывал слез.
Анника и Аиша не в силах были вымолвить и слова, а просто бесшумно плакали.
— Для чего они здесь, если даже не могут защитить нас? — слова вырвались из Миши, и дерзкий вызывающий взгляд был брошен в сторону трех мужчин, стоявших в стороне и наблюдавших картину безмолвно, словно три статуи.
— Совет их послал защищать только Софию, а об остальных речи не было, — впервые вмешался Адомас. Внезапно меня охватил гнев. Ложь, которую он вплел, взорвала мои чувства. Погиб близкий друг, а я продолжала врать. Мне стало так совестно, так стыдно, что захотелось либо убежать куда глаза глядят, либо рассказать правду. К счастью, я не совершила ни первого, ни второго.
— Адомас, прекрати! Пожалуйста, уходи, оставь нас, и дружков своих забери.
— Я могу быть полезен вам, — не сдавался он.
— Чем? — раздраженно, не скрывая ярости, прорычал Миша.
— Он умеет разговаривать с мертвыми, — равнодушно ответила я.
Все взгляды устремились на Адомаса как на единственное средство спасения. Даже Миша смягчил пыл.
— Ты правда можешь поговорить с ним? — с надеждой в голосе произнесла Анника.
— Мой отец умел даже оживлять, если имелся хоть маленький импульс в мозгу. Я же могу только поговорить. Я чувствую, что еще пока не поздно. Скоро магия поглотит физическую оболочку. Нам надо спешить.
Не дожидаясь ответа, он подошел к телу, опустился на пол и положил голову покойника себе на колени. Затем парень обратился к нам:
— Сейчас будет немного жуткое зрелище. У вас всего минута, чтобы задать вопросы. Будьте в них уверены и кратки. Мертвые не понимают метафор.
Он опустил ладонь на лоб Микко, не обращая внимания на кровь. Даже Анника забыла, что не переносит ее вида. Видимо, подруга еще не отошла от шока.
Буквально через несколько мгновений облик Адомаса начал меняться на глазах. Перед нашими ошеломленными взглядами предстал Микко, такой же, что и лежал на полу — полностью неузнаваемый и в крови. Сначала он обвел нас непонимающим взором, затем посмотрел вниз и вскрикнул. Он мгновенно понял ситуацию:
— Я мертв.
Я первой отошла от шока и бросилась к нему.
— Микко, у нас мало времени. Расскажи все, что помнишь.
— Я шел из библиотеки в столовую и вдруг почувствовал сзади сильный удар чего-то тяжелого по голове.