— Да. Все уже в нетерпении.
Теперь я поняла, что тот особняк сняли на целый год, поэтому встречи в нем устраивались регулярно. Юлия снова ожидала нас, но в этот раз на крыльце. Она обняла меня, как близкую подругу, и проводила к остальным. Я поведала о своем сновидении. От шока первое время никто не проронил ни слова. Наконец, Юлия спросила:
— Ты уверена, что эта была Книга, а не твои родители?
— Вам, как никому, хорошо известно, что мертвые не общаются с живыми. Только если при жизни они не сделали специального заклинания. Эта была Книга, а не мои отец и мать, хотя их она несомненно использовала.
— Но как ты догадалась? —женщина не выглядевшая напуганной, но выражала недоумение.
— По глазам. Они выражали эмоции, прямо противоположные словам. А еще я заподозрила обман, когда отец назвал меня “дочуркой”. Он всегда говорил "доченька". К тому же когда я спросила, какой фразой он подбадривал меня в минуты грусти, он выдал: "Будет и на нашей улице праздник". На самом деле, папа любил повторять: "Не вешать нос, гардемарины". Он ее перенял из какого-то старого советского сериала, который смотрел в юности. В общем, Книга в курсе заговора против нее и пыталась из меня выудить сведения. Поэтому я решила все сообщить и предупредить, чтобы вы были осторожны и находились на чеку. Это дело времени, когда Книга выяснит правду.
Все выразили волнение, кроме Юлии. Если она и переживала, то умело прятала эмоции от остальных. Она ведь воспринималась негласным лидером, от мужества которой зависело будущее протестного движения.
— Спасибо, моя дорогая, что сообщила об этом из первых уст. Теперь мы будем еще более осмотрительны, чем прежде.
Зашла речь о внезапном исчезновении Ласло. Об этой проблеме позаботятся позже. Было решено отозвать двух стражей. Стало очевидно, что опасность больше угрожает им, чем мне, особенно после раскрытия тайны о “заколдованной” спальне.
Всеобщее беспокойство сняло как рукой (хоть и на короткий период времени), когда Адомас рассказал о придуманном мною "Антисовете". Даже самые хмурые смеялись, как никогда в жизни. Название так пришлось всем по душе, что оно прочно закрепилось.
Глава 18. Новое Знакомство
С момента смерти отца казалось, что за мной постоянно кто-то наблюдает. Будто установлен неусыпный контроль, от которого не избавиться даже при помощи магии. Куда бы я ни направилась, ощущала взгляды невидимых преследователей. Одни хотели убить, другие — спасти, но даже среди доброжелателей находились и те, кто замышлял неладное. Внезапно мне захотелось вырваться из этого замкнутого круга хоть ненадолго и побыть одной. Если бы я сказала об этом Адомасу или друзьям, то они так просто не отпустили бы меня. Поэтому пришлось пойти на хитрость.
На следующий день ближе к вечеру я заявила, что остаток дня хочу посвятить себе, а потому ухожу в свою комнату и прошу не тревожить до утра. Если произойдет что-то важное - связываться только через телепатический канал. По лицам ребят расстроенным никто не выглядел. Я даже немного обиделась. Мирза и Аиша, как две планеты, раньше вращающиеся в разных направлениях, теперь, попав на одну орбиту, стали “заложниками” гравитации друг друга. Они уже не расставались, однако парой себя не объявили. Адомас стал уделять Аннике больше времени, чем я просила и, кажется, этим навредила себе. Что касается Миши, то даже он не высказал никакого возмущения, а лишь пожал плечами и погрузился в виртуальный мир телефона. Получается, я была всеми брошена, поэтому никакой радости не испытывала.
Я выбралась из окна спальни, спокойно вышла за пределы территории особняка и направилась туда, куда глаза глядят. Вообще, я любила долго гулять. Видимо, эта черта мне передалась от отца. Он часто посвящал время прогулкам, в течение которых размышлял и мечтал. Особенно о подруге Эме, с которой у него ничего не вышло. Перед моим же взором стояли двое друзей: Адомас и Миша. Лишь последний неровно дышал ко мне. А я, дура, понадеялась, что могу всем нравиться. Но как мне конкурировать с Анникой? Я легко бы перенесла всю вину на подругу и даже разозлилась бы. Но разве она виновата, что природа наградила ее большей красотой, чем меня? Коль рожа крива, нечего на зеркало пенять. Я должна смириться с этой участью и научиться жить с ней, а иначе буду себя мучить до конца дней.