Весь этот скептицизм, неуемное эго этих людей дико выводили из себя. Строя из себя чуть ли не божества, они не могут найти ни одно адекватное решение.
— Во-первых, самым важным сейчас является население Аграля, все необходимое придётся доставить через портал, границы открывать мы не будем, не хватало ещё чумы на наши головы. Во-вторых..
— Что значит через портал?! Мы не можем так рисковать, когда на фоне маячит война с Севером! — начал возникать тот, кто ранее громче всех кричал о голодающих.
— Не можем рисковать мы жизнями тысяч людей, присягнувших короне и работающих на благо всего государства. И, будьте добры, меня не перебивать, говорить надо было, когда я ждал от вас хоть какую-то инициативу.
Глубоко вдохнув и подавив гнев от чужой узколобости, я продолжил:
— Во-вторых, нужно немедленно собрать группу лекарей, сталкивавшихся с таким, обеспечить их всем требующимся и отправить туда. В-третьих, границы нужно закрыть и в близлежащих городах, люди все равно находят способы сбегать оттуда, поэтому лучше перестраховаться. Неизвестно сколько людей вообще заражено. На этом все, думаю голосование можно не проводить или есть возражающие?
Тишина в ответ.
Глава 35
Варон
Многочисленные собрания, проблемы с границами, черная болезнь, угроза Севера, все эти проблемы навалились комом, силы были на исходе, но у правителя нет права на усталость, слабость.
Маразм членов Совета был уже по горло, нежелание идти навстречу, игнорирование инициатив друг друга, при этом не имея обоснованной критики той или иной идеи.
Расформирование Совета стало лишь вопросом времени.
Голова раскалывается от всех этих мыслей, воздух в кабинете душит, хотя окно открыто. Надо бы выйти, сколько времени я тут сижу и не вспомнить, но сначала зайду к отцу.
— Отец?
В кабинете никого не было и я уже собирался проверить его личные покои, как услышал из окна чей-то мелодичный смех. Подойдя, я увидел картину, от которой застыл на месте.
Лилит сидела с отцом и совершенно искренне смеялась, пока отец что-то увлечённо рассказывал.
Я ожидал, что почувствую что-то вроде ревности к отцу, с которым я давно не общался так непринуждённо. Поэтому для меня самого были удивительны то тепло и нежность, разлившиеся в груди.
Неведомой силой меня потянуло к ним, и я быстрым шагом направился на выход.
—... представляешь? И вот он приходит с зареванным лицом и просит вылечить лапку кролика, попавшегося на капкан, который сам же и поставил.
Я не помню, когда в последний испытывал хоть что-то похожее на стыд или смущение, но прямо сейчас я чувствую как горит кожа на скулах.
— Отец, что это ты такое рассказываешь?!
Лилит застывает с улыбкой и осторожно поднимает на меня взгляд.
— О, Варон, ты наконец вышел?
Чтобы не стоять нависнув над ними тенью, я сел ближе к королю.
— Да, ещё немного и я задохнулся бы там. Эти снобы высосали всю кровь из меня и как ты только справлялся со всем этим в одиночку?
— Не в одиночку, мой мальчик. Всегда нужен кто-то особенный рядом, — проникновенно глядя нам в глаза, ответил он, — ведь даже пара сердечных слов от него придают столько сил.
Не успел я как-то отреагировать, как он резко встал:
— Ну-с, вы посидите еще, а я пойду посмотрю, что там эти "снобы" предлагают.
Наступила неловкая тишина.
Мне так отчаянно хотелось быть частью этой милой беседы, что я забыл о ситуации между нами. Она сейчас опять убежит и я не смею её обвинять в этом.
— Это было очень мило.— вдруг сказала она.
Моему удивлению не было предела, мозг туго соображал, что мило? О чем она? Небеса, сейчас она подумает, что я не хочу с ней разговаривать, раз так долго тяну с ответом.
— Ээ, что?
Браво, Варон, теперь она твоя.
— То, что ты помог кролику.
Ладно, возможно все не так уж и плохо.
Глава 36
Лилит
Только мне самой известно сколько сил мне понадобилось, чтобы начать такую незамысловатую беседу с тем, кто внушает столько страха, отвращения к самой себе.
Но стоило мне увидеть все метания, что отражались на его лице, его попытки показать себя совсем иной стороны, его...смущение?
О, да, наверное, именно это и стало причиной того, что я не только начала, но и весьма активно продолжила наше общение.