Я показала на ключницу, на которой висели запасные ключи. Федя удостоверился, что я легла в кровать и накрыл меня одеялом. Я слышала, что на кухне еще лилась вода, он помыл за мной чашку.
– Спи, я позвоню тебе завтра. Не вздумай игнорировать, – он заглянул в мою комнату.
– Федя, спасибо!
Он ничего не ответил. Я слышала, как за ним закрылась дверь, и он запер ее на ключ. Я медленно проваливалась в сон надеясь, что кошмары не будут меня больше беспокоить.
Глава 17.
Мое утро не задалось с самого начала. Мне позвонили со школы и строго отчитали за то, что я вздумала болеть перед экзаменами. Затем обнаружилось, что еды в доме практически не было. Я и забыла, что вчера почти ничего не ела. О вчерашнем дне я и думать не хотела, давно уже мне от одних только воспоминаний не было так паршиво. В довесок ко всему, самочувствие только ухудшилось. Я с трудом ходила по квартире, речи о том, чтобы спуститься в магазин вообще не шло.
А все пошло наперекосяк из-за этого паршивца Антона. Чтоб его собаки съели! Я дала себе зарок больше не иметь с ним дел ни при каких обстоятельствах. Если бы я могла, то вообще бы уехала из города, чтобы знать наверняка, что никогда с ним больше не встречусь.
На деле же я могла лишь сидеть дома укутавшись в плед и мстительно желать ему самых нехороших вещей. В тайне я его боялась, боялась того, что его слова, брошенные в гневе, могли хотя бы на половину сбыться. Этого моя психика уж точно не вынесет, и никакие психологи тут не помогут.
Весь день я промаялась дома. Откапала где-то пачку сухарей, они и служили мне завтраком, обедом и очень похоже, что будут и ужином. Лекарства я теперь принимала все строго по инструкции. Мое состояние меня напугало, для большего счастья мне не хватало только попасть в больницу.
От скуки я даже списалась с девочками. У нас есть беседа, в которой мы изредка общаемся. Подруги решили на майских праздниках непременно встретиться. О своих злоключениях я пока решила не рассказывать. Что-то мне подсказывало, что это было лишь начало.
Ближе к вечеру мне позвонил Федя и долго выпытывал, как я себя чувствую. Под его натиском я сломалась и рассказала, что мне стало хуже, хотя изначально уверяла, что почти здорова. Федя настоял на том, чтобы приехать, хотя по правде говоря я и не сильно его отговаривала. Кажется, я начинаю привыкать к его заботе.
Федя приехал через час с большим пакетом, в котором оказались лекарства и даже литровая банка куриного бульона.
– Ты сварил мне бульон? – моя челюсть практически упала на пол.
– Не я, конечно. Моя мама, – он засмеялся. – Между прочим она очень хорошо к тебе относится.
– Может быть когда-нибудь я заслужу и вязанную жилетку, – я шуткой попыталась скрыть свое смущение.
– Эй, я ведь могу и обидеться, – Федя шутливо меня ущипнул.
Он налил мне бульон и потребовал, чтобы я выпила все при нем. Долго просить меня не пришлось, я была рада, что диета из сухарей закончилась.
– Вкусно. Спасибо, Федя, ты настоящий друг, – я довольно откинулась на диванчике.
– Не говори так, – он поморщился. – Ни один мужчина не хочет быть другом для женщины.
– Звучит цинично, – я недовольно поджала губы.
– Такова уж правда. Но для тебя я готов сделать исключение, – Федя странно улыбнулся, бросив на меня короткий взгляд. – Ладно, к делу. Я с хорошими новостями.
Он быстро убрал со стола все лишнее, достал мой ноутбук и рядом расположил свой, тонкий и навороченный с известным логотипом на корпусе. Надел квадратные очки в тонкой оправе, предварительно тщательно их протерев. Деловито включил оба и быстро начал на них печатать, переключаясь с одного на другой. Я невольно на него засмотрелась, никогда не видела, чтобы так работали перед компьютером. Его пальцы буквально порхали над клавиатурой, я видела, что он прекрасно владеет слепой печатью и на клавиатуру не смотрит совсем. Я же до недавнего времени без мышки не могла даже браузер открыть, а печатаю я, строго смотря на клавиатуру.
– Это он? – Федя развернул мне монитор, на котором во весь экран красовалось фото Антона в деловом костюме.
Я кивнула, не понимая зачем он показывает мне фото моего обидчика.
– Отлично! Значит, все делал правильно. У меня плохая память на имена. Подожди минуту, я почти готов.