Мы вошли в лифт, и он начал бесшумно поднимать нас на самый верхний этаж.
– Сколько тут этажей? – я немного занервничала, никогда не была так высоко от земли.
– Тридцать восемь, вернее тридцать девять, у меня пентхаус.
– Боже! – я выдохнула.
– Ты привыкнешь. К хорошему быстро привыкают. Пойдем, – Антон пропустил меня вперед.
Он открыл дверь ключом-картой, очередная новинка для меня, и мы оказались в просторной прихожей. Я замерла, боясь даже выдохнуть. Прихожая плавно переходила в гостиную с высокими потолками и огромными окнами, от пола до потолка, открывала захватывающий вид на город. Я стояла, завороженная огнями ночного города. Вся карта города будто бы была у меня на ладони. Такое даже не описать словами, ни одна фотография не предаст подобное. Если бы я сама не стояла тут, то никогда бы не поверила, что подобные дома вообще бывают.
–– Не стесняйся, это твой дом на ближайшую неделю, – Антон довольно улыбнулся, наслаждаясь моей реакцией.
Он быстро сбросил обувь и прошел на кухню, мне оставалось только последовать его примеру.
Каждый уголок этой квартиры был продуман до мелочей. Кухня вообще отдельная история – она была оборудована самой современной техникой и выполнена из дорогих материалов. Мраморные столешницы блестели под светом встроенных светильников, а дизайнерская мебель придавала пространству стильный и уютный вид. Все говорило об уюте и роскоши. Я вспомнила свою кухню и поморщилась.
– Располагайся, – Антон широким жестом пригласил меня сесть в глубокое кресло. – Мне нужно выпить, с тобой я превращаюсь в алкоголика, – мужчина невесело рассмеялся. – Что тебе налить? Извини, из еды почти ничего нет, мне в последнюю неделю было не до нее.
– Просто воду, – в горле пересохло.
Если Антон чувствовал себя тут свободно, то мне от всего этого богатства просто было не по себе.
– Уверена, у меня есть хорошее вино?
– Мне завтра в школу, – я укоризненно посмотрела на него.
– Я и забыл, какая ты правильная, – Антон подал мне высокий стакан с водой, в его же стакане было что-то значительно горячее.
– Ты доволен? – я скрестила руки на груди.
– Не совсем, я полагал, что ты сама с готовностью сюда приедешь, – он задумчиво отпил из стакана. – С тобой все не так!
– Это с тобой все не так! – я вспыхнула. – Я хочу только, чтобы ты оставил меня в покое!
– Нет, не оставлю, ты сама это знаешь, – мужчина большим глотком осушил стакан.
– Но наш уговор… – сердце подпрыгнуло в груди.
– С ним все в порядке. Я держу свое слово.
– Тогда чего же ты добиваешься?
Мужчина долго изучал меня, его взгляд пронизывал меня всю. Как бы я не старалась, но выдержать его не смогла.
– Не знаю. Трудно сказать, – он играл граненым стаканом. – Изначально ничего не хотел. Но потом… Ты первая начала эту игру.
– Я? – я задыхалась от возмущения.
– Да, ты, – он внимательно на меня посмотрел. – Хотя мне кажется, ты сама не понимаешь, что ты делаешь.
– Не говори со мной так, – я возмутилась. – Скажи все прямо!
– Не могу, – мужчина поднялся и убрал стакан в раковину, отвернувшись от меня.
– Нет, можешь! – я тоже поднялась со стула и схватив за рукав развернула его, моя грудь вздымалась.
– Тань, прошу, не нужно, –Антон сглотнул, его глаза остекленели и казались чужими.
– Я не понимаю тебя, не понимаю, что происходит! Я заслуживаю знать правду! Что ты задумал? Что у тебя в голове?
– Лучше тебе не знать, – голос мужчины звучал хрипло, а глаза смотрели на мои губы.
Я замерла и невольно облизала пересохшие губы.
– Черт! – Антон одним рывком оказался возле меня и запустил руку в мои волосы. – Что ты делаешь со мной?
Я смотрела на него широко раскрыв глаза, его взгляд гипнотизировал меня и лишал какой-либо воли. Наши лица находились так близко друг от друга, что я чувствовала его дыхание.
– Антон…
Едва я успела прошептать его имя, как Антон впился в мои губы грубо и настойчиво. Я чувствовала жар его губ, вкус виски и чуть солоноватый привкус крови. Его руки путались в моих волосах, шарили по телу и крепче прижимали меня к себе. Он целовал меня жарко, горячо, неприлично. Его губы сминали мои, а язык бесстыдно проникал внутрь. Каждое его движение отзывалось во мне миллионами мурашек, искрами перед глазами, жаром в груди. Сердце бешено колотилось, а тело льнуло на встречу к нему. Мы потеряли рассудок, обезумели, сошли с ума.