— Что? — не понял Ждан. — Нет у меня никакого талисмана.
— Молодой человек, неужели Вы не знаете, что у Вас на шее весит? — усмехнулся мужчина.
— Это просто подарок, — Ждан накрыл ладонью медальон.
— Хм… Знаете ли Вы, что этот талисман изготавливается полгода? И что его заговаривают на имя человека, которого поистине любишь.
— А если не любишь? — взволнованно спросил Ждан. — Если не любишь человека, талисман подействует?
— Нет, конечно, — фыркнул профессор. — А ваш талисман явно сделан с любовью и является сильным оберегом. Я, как маг и специалист в талисманах, вижу его силу.
— Спасибо, — выкрикнул парень, выбегая из кабинета.
— Ох уж, эта молодёжь, — вздохнул пожилой мужчина, доставая из нагрудного кармана медальон, где была вложена фотография молодой, светловолосой девушки. — И мы такими были, свет очей моих, — большим пальцем руки мужчина проводит по фотографии. — И мы такими были…
Черты лица пожилого профессора смягчились. Казалось, что он помолодел на десять лет. Мягкая улыбка играла на его лице, а в глазах сквозила нежность. Любовь всегда делает людей мягче…
Ждан выбегает в сад и направляется к высокому дубу. Как он и думал, облокотившись о ствол дерева и держа в руках книгу, сидит Марика. Однако взгляд карих глаз смотрит сквозь страницы, а тонкие пальцы нервно загибают края страниц.
— Привет, — присев перед Марикой на корточки, говорит Ждан. — Я сдал экзамен на «отлично». А ещё… Ещё твой талисман действительно действует, — на этих словах девушка пытается встать, но ладонь парня её удерживает. — Так вот. Я, кажется, получил больше, чем ожидал. Я узнал, что девушка, которую я люблю, любит меня в ответ.
— Ну что ж… Желаю Вам счастья, — Марика прячет глаза, в которых начинают блестеть слёзы.
— Глупышка, — парень кладёт руку на щёку и стирает слезу. — Я про тебя. Марика, — окликает он её. — Я люблю тебя. Не знаю, когда полюбил, но понял это сегодня. Люблю больше всего на этом свете.
— Я тоже, — тихо-тихо шепчет Марика.
— Я знаю, девочка моя. Я знаю…
Голубое небо, без единого облачка было таким же чистым, таким же светлым, как и чувства этих любящих сердец.
Глава 19
Лиля
— И они потом всегда жили вместе? — Левушка сидел на кровати и прижимал колени к груди.
— Конечно! — уверила его.
— И у меня тоже будет любимая? Я тоже встречу свою элиэн?
— Ну, конечно же! У каждого в этом мире есть вторая половинка, которая идеально подходит тебе, — разъяснила я.
— А когда я её встречу? Ты не знаешь? — спросил тихо.
— Никто не знает, малыш, — я мягко глажу его по голове. — Драконы оборачиваются раньше всех. В шесть-восемь лет. А все остальные оборотни после своего совершеннолетия. После двадцати лет.
— А ты истинная моего папы? — спросил Лёва.
— Нет, Левушка, — почему этот ребёнок всегда вгоняет меня в краску?
— Но ты же ещё не оборачивалась. Откуда ты знаешь? — Лёва выкидывает брови, походя на отца.
— У него есть любимая, — улыбаюсь сквозь боль.
— Кто? — спрашивает мальчик.
— Илона.
— Тётя Илона? — он выглядит удивлённым. — Не правда! Она просто моя тётя. Они не любят друг друга. Я знаю. Тогда бы папа не подарил тебе эти украшения.
— Какие украшения? — непонимающе ахаю я.
— Серьги и кулон. Папа говорил, что эти украшения его папа подарил его маме. И сказал, чтобы сам подарил их своей любимой. Своей истинной, — хмуря лобик и что-то вспоминая вспоминая, говорит Лёва.
— Но…
— Это ведь цветок эдельвейса, правда? — Лёва сел на коленях и поднёс кулон ближе к глазам.
— Да, — кивнула согласно.
— А что он значит? — мальчик откинулся на подушке.
— Это цветок любви. Цветок, сорвав который мужчина доказывал свою любовь к женщине, — вспоминаю недавно прочитанную информацию в книге.
— А есть сказки об этом?
— Да, очень много.
— Я готов слушать, — сказал Лёва, заставляя меня рассмеяться.
Я открыла книгу и тихо стала читать сказку.
Видя, что ученики совсем скисли под конец года, преподаватели магической академии решили устроить небольшое развлечение для своих подопечных.
Задача участников состояла в том, чтобы забраться на вершину самой высокой горы и сорвать цветок Эдельвейса.
В народе эдельвейс называли «шёлковым цветком» или «цветком истинной любви». Он был необычайно красив, а запах его нельзя было сравнить даже с самыми дорогими и изысканными парфюмами. Достать эдельвейс мог лишь поистине любящий человек, чьи намеренья по отношению к возлюбленной были кристальны чисты.