— Не плачь, моя маленькая. Только не плачь, родная моя. Всё хорошо. Я тут. Я рядом. Я обещаю, что больше никогда в жизни не оставлю тебя. Потому что ты моя. Лиль… Посмотри на меня, маленькая. Пожалуйста.
Я подняла глаза и попала в омут зелёных и таких любимых глаз. Его взгляд был слегка затуманен от лекарств. Но это не мешало мне увидеть в нём любовь, нежность и желание.
— Ты правда пришла? — и такое неверие я услышала в этом голосе.
— Правда. Конечно, пришла. Как же иначе? Я же люблю тебя! — последнюю фразу я прошептала, пряча глаза.
— Скажи ещё раз, — хрипло попросил Рикарди, приподнимая моё лицо и заглядывая в глаза.
— Я люблю тебя, Рикарди. Больше жизни люблю. Полюбила с первого взгляда. С момента, как почувствовала твой запах.
— Иди ко мне, малышка, — просит Рикарди. — Пожалуйста.
Присаживаюсь на край кровати, боясь причинить ему боль. Но мужчина тянет меня за руку и вынуждает улечься к нему на грудь. Под щекой размеренно бьётся сердце любимого мужчины. Впервые за сутки я чувствую, что начинаю успокаиваться.
— Не делай так больше, — тихо прошу я.
— Не буду, — обещает он.
Приподнимаюсь на руках и тянусь за поцелуем. Касаюсь сухих потрескавшихся губ легким поцелуем. И тут же получаю страстный, несдержанный поцелуй в ответ. Рикарди целует меня жадно и голодно. Я чувствую, что он соскучился. И так же целую его в ответ. Я всхлипываю и обвиваю сильную шею руками.
— Не плачь, — просит шёпотом.
— Я так испугалась… Я думала… Я боялась, что больше не увижу тебя…
— Я рядом, маленькая. Никуда от тебя не денусь. Никогда. Обещаю.
Пальцами провела по его лицу. Обвела дуги бровей, линию носа, контур губ. Коснулась щеки, наслаждаясь щетиной, которая колола нежную кожу ладоней.
— Я бы умерла следом за тобой. Не представляю мира без тебя.
— Я бы не позволил. Вернулся бы с того света. Чтобы сделать тебя счастливой.
Рикарди снова поцеловал меня. Овладел моим ртом с такой жадностью, будто я необходима ему, как глоток свежего воздуха. Он стал жадно водить носом по моему лицу, вдыхая мой запах.
— Девочка моя родная… любимая… Единственная… счастье моё. Как же сильно я… Жить не могу…
Наше уединение прервал лекарь, который вошёл в комнату с подносом в руках.
— Господин Рикарди! Вы очнулись!
Мужчина поставил поднос на стол и подошёл к Рикарди. Лекарь стал водить руками над телом любимого, проверяя состояние его организма.
— Что ж. Состояние удовлетворительное. Мы думали, что будет хуже. Ваша невеста исцелила Вас, — улыбнулся мужчина.
— Невеста? — Рикарди довольно улыбнулся и посмотрел на меня.
— Зачем же Вы так заставили её волноваться? Девочка больше суток не ела и не спала.
По взгляду Рикарди поняла, что у нас будет серьёзный разговор.
— Лиля. Ешь. Немедленно, — голос Рикарди стал холодным и злым.
Мужчина сильно разозлился.
Лекарь ушёл, а я осталась наедине со своим разозлённым мужчиной. Я медленно подошла к столу и взяла бутерброд с ветчиной и сыром. Откусила и кинула виноватый взгляд на Рикарди.
— Ещё хоть раз ты будешь морить себя голодом, я тебя накажу, — обещает он.
— Отшлепаешь? — прошептала искушающе, прикусывая нижнюю губу.
— Свяжу и буду доводить тебя до оргазма, пока ты не сорвешь голос, выкрикивая моё имя, — хриплый голос Рикарди вызвал тянущее чувство внизу живота. — Буду ласкать тебя руками и губами, пока ты не попросишь, чтобы я вошёл в тебя. Но я не войду в твоё нежное тело, потому что ты будешь наказана. За своё плохое поведение. За то, что ты опять решила морить себя голодом. Малышка, — Рикарди тяжело вздохнул, — почему ты так относишься к своему здоровью? Почему не ешь? Опять глупые мысли в твоей голове, что ты толстая? Ты для меня идеальная. Ты же знаешь.
— Ты бы смог есть и спать, если бы я лежала без сознания? — спросила я, глядя на мужчину исподлобья.
— Нет, — голос мужчины смягчился.
— Тогда вопрос закрыт, — отрезала я.
Доев бутерброд, подошла к кровати и залезла к Рикарди под бок, устраиваясь удобнее.
— Люблю тебя. И твою заботу. Спасибо, — прошептала в губы Рикарди.
Мужчина взял мою ладошку и поочередно поцеловал каждый мой пальчик, прежде чем прижать мою руку к своей колючей щеке и заснуть. А я прижалась носом к широкой груди, вдыхая родной и любимый запах. Хочется спать, но я боюсь, что проснусь, а Рикарди исчезнет. Ещё полчаса прислушиваюсь к глубокому дыханию мужчины. И только тогда, когда совсем не остаётся сил, и усталость берёт свою, проваливаюсь в сон.