Идти с ним бок о бок, вместе, вот чего я хочу сейчас. И, надеюсь, навечно.
Выйдя из душа, я удивилась как у меня не выросли крылья. Сейчас казалось, что и эволюция мне подвластна.
— Итачи? — позвала я, когда в комнате никого не обнаружила.
Телефон злобно запиликал, и ругнувшись про себя, я попыталась его найти. Память подсказывала, что я оставила его в гостиной.
— Итачи? — позвала я еще громче, совершенно не понимая почему он не отзывался.
Гостиная. Звук прекратился и теперь было труднее найти его. Проверив полки, я повернулась к дивану. Обшарив его, я наконец нащупала телефон.
— Итачи! — мне казалось я крикнула еще громче, когда зашла на кухню, но его и там не оказалось.
В панике, я прошлась по всей квартире. Дважды, словно Итачи не высокий мужчина, а потерявшийся котенок.
Крылья уже не казались возможными, а небольшая истерика подкатывала. Но, эй! Это ведь была квартира Итачи. Он по любому вернется.
Или это мне намек уйти?
Противный сигнал телефона вернул меня в реальность. Посмотрев на экран, я не нашла там ожидаемого звонка или сообщения от Итачи. Лишь неизвестный номер.
Присев на стул на кухне, я безучастно открыла сообщение, думая о том, что мне делать дальше. От него не было даже никакой записки. Не было же?
«Нам нужно поговорить. Прошу тебя, давай встретимся завтра в кафе Gold в 13:00
Саске».
Моё сердце остановилось. Возмущенно оглядевшись по сторонам, словно кто-то может понять меня, я уставилась на экран перечитывая смс.
Нам нужно поговорить. НАМ. Я засмеялась. Вслух. Моя нервная система была не готова.
Я не заметила второго сообщения. Упс.
«Мне нужно поговорить с тобой, ладно? Я буду ждать тебя в любом случае».
Закатив глаза, я пыталась успокоится. Искренне пыталась, хорошо? Я пыталась, пыталась не думать о Саске. Довольно долго. Сколько всего он натворил с тех пор как вернулся в Японию. Еще одна победа за Итачи, с ним я стала забывать о младшем.
Не сдержавшись я несколько раз ударила по столу. И остановилась, заметив плавное движение. Бумажный лист плавно опадал вниз. Видимо упал с холодильника.
Подняв его, мгновение спустя, я принялась читать.
«Я люблю тебя.
Это оправдание, которое я придумал. Нет, я безумно влюблён в тебя. Это правда. И мне кажется если я скажу это, то ты простишь меня.
Прости, малышка, но я должен всё тебе рассказать.
Между тобой и Саске стоял лишь я. Именно я — та причина, по которой вы расстались.
Ты, может, улыбаешься сейчас, и я ясно вижу эту улыбку. И так хочу, чтобы она осталась на твоих губах на вечно.
Но я чертов эгоист, детка. Я так влюбился в тебя. Так захотел. Девушку собственного брата. Мне гореть в аду. Или быть во льду рядом с Люцифером за предательство.
Я люблю тебя.
Итак, вещи, что я “выливаю” на тебя.
Я сказал Саске, что трахнул тебя, когда погибли наши родители.
Я не сказал и поддержал иллюзию того, что у Саске кто-то был. Потому, как в то время он был один и переживал боль в компании алкоголя или тренировок. У него вообще никого не было после тебя.
Я не скрывал, скорее наоборот, следы секса с тобой.
Я натолкнул его на мысль об учебе за рубежом.
И он проходил добровольное лечение с психотерапевтом, таблетками и прочей хренью. И, возможно, я предполагал к чему приведет ваша встреча. Ты винишь его. И он винит тебя, видит счастливой со мной, его братом.
Я безумно влюблен в тебя. Но это не оправдание.
Я так хочу, чтобы ты простила меня, но и понимаю, что этого не должно случится. Я недостоин тебя и твоей любви, твоего будущего и согласия выйти за меня, воображаемого первенца и „долго и счастливо“.
Спасибо тебе за эти три года. И прости».
Теперь и мне нужна метафора.
========== 9: Разбитое сердце ==========
Я снова была разбита. Я пыталась дозвониться до Итачи. Я хотела дождаться его дома, но понимала, что он не вернется. Я хотела понять, всё то, что он написал. Господи. Я ничего не понимала. Слезы перед глазами не давали прочитать записку повторно.
Как так всегда получается? В один момент безумно счастливая, но уже спустя минуту рыдаешь на кухне в одном полотенце.
С мамой было также я радовалась покупке, а спустя минуту пришла в себя в больнице.
Моей жизни определенно нужна функция предупреждения: «Осторожно! Уровень счастья зашкаливает! Неизбежны изменения».
Я не помню, как ответила на звонок и шмыгая носом что-то пролепетала.
— Ричи? — обеспокоенный голос ворвался в моё сознание.
— Я в порядке, Гаара.
Я попыталась вытереть слезы ладонями, но ничего путного не выходило и пришло встать за салфетками. Тихий голос парня, что-то рассказывал, но я не очень понимала, что. Но это успокаивало.
Вытерев наконец слезы, я повернулась обратно к столу, где еще утром мы были вместе.
Размазня.
Слезы снова подступили.
Дура, даже толком не понимаю, что происходит.
Я снова заговорила в трубку:
— Ты мне нужен.
— Ясен пень, — зло проболтал Гаара, — я уже минут десять пытаюсь узнать где ты.
Шмыгая носом и утирая слезы, я говорю ему адрес квартиры Итачи.
У Гаары трудная работа. Он заставляет меня переодеться, пока готовит чай, а когда я начинаю пить, он пытается впихнуть в меня что-то сладкое, в то время как читает записку Итачи.
Меня тошнит от шоколада. Или меня просто тошнит. Не знаю. Я уже ни в чем не уверена, особенно в себе.
Гаара читает и сует в меня следующую плитку. Но, к сожалению, сладкое не сделает меня счастливее. Не сейчас.
Каждые две минуты, он посматривает на меня проверяя не началась ли моя истерика заново. Чувствую себе капризным ребенком.
— Я хочу от тебя детей, — серьёзно произношу я.
— О, чувство юмора, — он даже не смотрит на меня, — не всё потеряно.
Пытаясь запихнуть шоколад в себя, я чуть не давлюсь. Откашливаюсь и откладываю плитку подальше. Я перевожу взгляд с Гаары в окно и наконец говорю:
— Итачи врал мне, так? И соврал Саске, — я сглатываю. — Но разве я лучше? Я думала, что Саске зол на меня, что он что-то на придумал себе, что он трахает всех подряд и игнорирует меня. Я пыталась поговорить лишь раз, и услышав Харуно ушла, но сейчас я даже не знаю, что я слышала.
Гаара берет мою руку в свою и нежно поглаживает. Я смотрю на него и понимаю, что он, возможно, он единственный кому я могу рассказать всё так как есть.
Ни Темари с ее наездами. Ни сестре с нашим прошлым. Ни отцу, который снова пропал со своей звездой. Так, что я точно хочу детей от этого парня.
И если так посмотреть: я одна. Всё это время мне помогал Итачи и временами Темари. И теперь я одна. Почти.
— Я должна была поговорить с ним. Но я так боялась услышать тот же тон, когда он вернулся из больницы. Холодный, злой, отчуждённый, грустный. И я тогда даже не пошла за ним.
Гаара устало прикрыл глаза. Сколько он сегодня работал, разбирая отчеты и прочую муть отца? А теперь и я. Я — сверхурочные часы работы.
— Я и правда набросилась на Итачи, даже не поговорив с Саске, — ошарашено произнесла я, наконец признавая это.
Гаара полностью взял мои руки в свои заставляя смотреть ему в глаза.
— Послушай, ты уже ничего не изменишь. Никто не изменит. Только… — он сделал паузу, — что ты сделаешь сейчас, зная правду? Зная, что никого у него не было и что улетал он не настолько на учебу сколько на лечение? Что Итачи соврал? Что злость Саске можно обосновать? Что ты сделаешь?