Глава 5
- Тсс… прозвучал голос у меня над головой, и я прижатая спиной к его груди, стояла не двигаясь. В нос ударил знакомый приятный запах мужского одеколона. Я сразу его узнала и мой страх улетучился.
Дима… Это был именно его аромат, вскруживший мне голову, когда мы увиделись сегодня в парке. И я для себя отметила, что наши вкусы немного совпадают. Мне тоже нравятся легкие запахи с сладковатым привкусом. И сейчас от его парфюма у меня затуманилась голова или это его близость так подействовала на меня.
- Стой тихо, - прошептал мне на ухо Дима, отчего по моей спине пробежали мурашки.
Я готова была так вечно стоять, чтобы он не выпускал меня из своих объятий, но блаженство длилось не долго. Отпустив, он отошел от меня в сторону.
Никак не могла различить в темноте что Дима собирался делать, только слышала шорохи. Я стояла не шелохнувшись и затаив дыхание, ждала дальнейших действий.
Услышав, как Дима снова приблизился и произнес тихо:
- Мы тут не одни.
Страх вновь начал возвращаться и я, найдя на ощупь руку Димы, схватилась за нее, не собираясь отпускать пока мы отсюда не выйдем.
- Нам нужно как-то выбраться отсюда, - еле шевеля губами произнесла я.
- У нас нет ключа. Вся надежда на Лизу с Анжелой, если они тоже не взаперти, - по голосу чувствовалось его раздражение от всей этой ситуации.
Ведь и правда, так не должно было случиться, что потухли все свечи. Мы просто должны были отыскать ключи и выбраться из этой тюрьмы.
Интересно, где сейчас моя Лизка и подружка Димы? Даже воплей Анжелы не слышно. Это очень странно…
До нашего слуха снова донесся какой-то шорох из тёмного угла. Не успели мы что-либо предпринять, как к нашей комнате начал приближаться тусклый огонек свечи.
По мере приближения я увидела Лизу, которая шла в нашу строну одна. Увидев нас, она широко заулыбалась и хотела что-то сказать, но Дима не дал, показывая ей указательный палец у своих губ.
- Тсс…
Звук опять раздался, и мы втроем обернулись в сторону уже освещенного угла и увидели маленького котенка, который пытался ползти в неизвестном направлении, не издавая ни звука.
- Ух ты, какой милашка, - я отцепилась от Димы и бросилась к котенку. Он был рыжего окраса с белыми пятнами и пушистой шёрсткой, ушки были большими с кисточками на концах.
Прижав его к своему телу, подошла к ребятам, решив, что не смогу этого кроху тут оставить и заберу к себе.
- Лиза тоже не удержалась и стала гладить котенка через решетку, слушая его мурчание.
Пока мы умилялись этому пушистому комочку, услышали серьезный голос Димы:
- Это, конечно, всё мило, но нам нужно найти ключ, чтобы выйти, а потом найти Анжелу, - произнес он.
С первым я была согласна, а вот со вторым нет - я бы предпочла оставить всё как есть.
- Хорошо. Лиз, поищи снаружи, а мы будем искать тут, - попросила я подругу, а сама с котенком на руках заглядывала в каждый уголок комнаты. Мы провозились очень долго, потому что пришлось ходить со свечками в руках пока не услышали голос Лизы:
- Нашла, нашла, - кричала подруга, прыгая на месте от счастья.
Она подошла к двери, вставив ключ в замочную скважину, открыла нам дверь.
- Лиза, ты наша спасительница, - улыбнувшись, произнесла я.
Обняв ее, чмокнула в щеку. Дима тоже подошел к сестре и потрепал ее по волосам, сказав с нежностью в голосе:
- Спасибо, сестренка.
И мы продолжили путь дальше, ища теперь потерянную Анжелу. Нам повезло, что долго искать ее не пришлось. Спустя десять минут блужданий по подземелью, заходя в открытые комнаты, мы увидели ее на соломе без чувств. Наверно, она сильно перепугалась и упала в обморок.
Дима, подойдя к ее телу, подхватил на руки и стал идти дальше по коридору в направлении последней комнаты, где находился выход из тюрьмы. Я и Лиза поплелись за ним.
Мы ползли как черепахи, а всё из-за одной особы, которая никак не могла прийти в чувства. У нас оставалось совсем мало времени, чтобы выбраться на свободу. Если время истечет, к нам придет палач забрать наши жизни. А мне хотелось еще пожить! Да и меня не покидало ощущение, что кто-то всё время смотрим мне в спину. Оборачивалась назад, чтобы посмотреть не идет ли кто за нами, только ничего не могла разглядеть в этой кромешной темноте.