Он больше не хотел рисовать взрослые картины для язвительных богачей.
Ник сбежал. Спрятался в небольшом городке, сменил номер и затаился. Хотел просто набраться силы рядом с родными людьми, а мы заняты собой и своими делами и проблемами. Это сильнее расстраивало его.
Словно нигде для него не было места.
- Я постараюсь больше времени быть рядом с тобой. – проговорил Макс в конце рассказа брата. – Ты можешь на меня положиться, ты же понимаешь это?
- Умом понимаю, но сердце словно изранено одиночеством и отвергнутостью окружающим миром. Я знаю, что ты меня любишь, как брат. Что позаботишься и защитишь, если потребуется, но у тебя есть Аля, которая нуждается в большей заботе и защите, а я ухожу на второй план. Теряю приоритетность, так сказать. – он не весело ухмыльнулся. – Я люблю вас обоих, но хочу, чтобы и меня любили. Возможно, когда в моей жизни появится любимая женщина – я перестану так себя чувствовать.
- Ты обязательно найдешь себе любимую, уверена в этом. – я погладила брата по плечу. – А пока мы рядом с тобой. Готовы поддержать в любой ситуации.
- Спасибо.
Глаза его до сих пор отражали грусть, но он постарался улыбнуться.
Потом мы долго переделывали плакат, ведь нарисованный им казался через чур мрачным для детского мероприятия.
Второй вариант имел больше светлых тонов. Ник изобразил улыбающегося рыжеволосого мальчишку с голубыми глазами и россыпью веснушек на щеках, а рядом светловолосую девочку с косичками. Не знаю почему, но девочка неуловимо напомнила мне Дашу – мою медсестру.
- Кто это? – рассматривала плакат я.
- Однажды в детстве я приезжал сюда с отцом и прожил целое лето. Я познакомился с ребятами, похожими на этих детей. Вова так резво бегал и играл в футбол, даже пытался научить оторванного от этого дела меня. – Ник улыбнулся. – А эту девочку я просто видел во дворе. Я не знаю, как её зовут. Вова всегда называл её гадкой плаксой. Подозреваю, даже он не знал её имени. Она была такая красивая и молчаливая. Однажды я видел, как она лечила лапку у бездомной кошки. Наблюдал за ней и поражался с каким трепетом эта крошка заботилась о животном.
Показалось, что он смахнул слезу.
- И ты даже не искал их?
- Пытался. Мне было шесть, когда я приезжал. Квартира отца была в менее обеспеченном районе. Позже он продал её и купил нынешнюю. Тот дом снесли, кажется. О судьбе жителей ничего не было известно. Да я даже фамилий ребят не знал, чтобы искать. Думал, ещё встретимся, но не судьба видимо.
- Кто знает. Всё может перемениться в любой момент. – решила вселить надежду я. – Я думала, что после расставания с Максом никогда его не встречу, но вот он рядом.
Повернулась в сторону любимого мужчины.
Он уже несколько минут звонил своим знакомым и созывал на мероприятие Ника. Не думаю, что найдётся много желающих с детьми, но он не отчаивался.
- В твоей судьбе тоже может случиться такой поворот.
- Надеюсь. – в этот раз его улыбка стала светлее.
Потом мы поехали в типографию. Согласовали создание плакатов на основе рисунка Ника, и через три часа уже развешивали их по городу.
Плакатов напечатали не так много. Мест в студии всего пятнадцать, значит, мероприятие может посетить ограниченное число детей.
Мы не ожидали аншлага, но надеялись на половину наполненности студии.
И будем рады, если детей будет больше.
Вчера Ник без нас закупил все расходные материалы и даже обустроил всё. От нас требовалось по большей части моральная поддержка, ведь он прекрасно подготовился сам.
Уставшие, но счастливые мы ехали ужинать в ресторан при торговом центре. Макс сидел за рулём. Место рядом с ним сегодня я уступила Нику, а сама любовалась красотами засыпающего города и…
Вибрация моего мобильного отвлекла от созерцания прекрасного.
- Да, мам. – приняла вызов.
- Здравствуй, милая. Чем занималась сегодня?
И я сразу выложила все события дня. И об обустройстве второй спальне, и о мероприятии Ника.
Раньше мама звонила каждый вечер, потом стала реже это делать, но я не расстроилась. В её жизни событий не меньше, чем у меня.