После репетиции в танцзале быстро переодеваюсь и иду в общагу.
Проверяю оставленный на тумбочке телефон - от отца по-прежнему ничего.
Может, Илоне позвонить? В первый раз за все время.
"Ты гонишь, что ли, Ожег?" одергиваю сам себя.
- Да не дергайся, Арсен, - не выдерживает молча наблюдавший за моей нервозностью Дан. - Это всего лишь днюха. И отмазку ты написал годную. Не будет твой фазер жестить из-за такой ерунды.
- Ты его не знаешь, - бурчу несогласно.
- Твоего отца я знаю столько же, сколько и тебя, это двенадцать лет, вообще-то, - напоминает друг.
Против фактов не попрешь, но мне все равно есть что возразить:
- При чужих он ведет себя не так, как в наедине с семьей. Так что не убедил.
- Ну что он может сделать? - подрывается на ноги.
Хмыкаю, отворачиваясь - это вопрос вопросов. Я задаюсь им со вчера, и пока ответа на нашел.
В этот момент в комнату вваливается Серый, в рединготе и бриджах - с допов по верховой езде.
Бросив на кровать перчатки, видит, что мы застыли каждый в своем углу.
- Вы, че, все про вчерашнее разгоняете?
Я вместо ответа отворачиваюсь - понимаю, как моя рефлексия выглядит со стороны. Но просто я знаю своего отца и понимаю, что тут что-то не чисто.
Им легко говорить и судить, у обоих отцы нормальные. У Смолина мировой отец. Дэновский ему, вообще, и отец, и мать, и старший брат, и даже друг. У них реально отношения не как у отца и сына, а как у двух корешей. У Серого тоже нет матери, но истории у нас принципиально разные. Я всегда ему немного завидовал.
Да что блин говорить? Никого из них "замуж" за ту, которую ты ненавидишь всеми фибрами, не выдают. Ради бизнеса и спасения собственной задницы.
Под пропагандистским лозунгом "так будет лучше для всех".
- Арс, я тут подумал, - начинает Дэн, несмотря на мое нежелание продолжать тему. - Может, это Сорина твоего отца тормознула?
Резко разворачиваюсь к нему. В глазах шок и сомнение в его нормальности.
- Да, смотри, все сходится. Ты говоришь, что он крайне заинтересован в твоем сближении с выбранной тебе невестой, однако ты ее упорно динамишь. И если он ничего не делает, чтобы заставить тебя пойти на прием, вывод очевиден - кто-то скомандовал ему "брейк". А кто это может быть, если не сама невеста?
- Кульная идея, бро. Пазл сложился, - одобрительно выставляет ладонь Смолин.
Дэн лениво тычет в нее кулаком, и они оба смотрят на меня.
- У тебя нет?
Я заторможенно перевожу взгляд с одного на другого.
Звучит складно, но… серьезно? Она?!
Глава 11. Кто не первый, тот второй
В день соревнований от учебы мы освобождены, но вставать все равно приходится рано.
И в комнате я спал один - пацаны уехали по домам, оттуда ближе добираться до Арены. Я же от поездки домой отказался, не захотел нарываться на очередной скандал с отцом.
Если Серый и прав насчет моей "заступницы", это не помешает Алмазычу внушать мне за неповиновение один на один. Напоминать о важности моего союза с Сориной и грозить - в случае отказа - какими-нибудь лишениями.
Не то чтобы я очень его боюсь - совсем нет, в другое время сам бы напрашивался, - но перед соревами выводить себя из равновесия нафиг надо. С ним пободаться и свободу свою поотстаивать я еще успею.
Переодевшись, задерживаюсь в раздевалке, потому что долго не могу найти свои наушники. Они позарез нужны мне для концентрации. В зале пипец шумно.
- Ожегов, на выход! - появляется в дверях голова Виталича. - Ты следующий!
Выхожу на арену и в первую секунду зажмуриваюсь, ослепленный светом софитов.
Я уже и забыл, как это бывает ярко. В школьном зале тоже освещение неслабое, но более щадящее для глаз. Здесь мне нужно какое-то время, чтобы привыкнуть.
Зрительные трибуны не видны, они засвечены, но, судя по шуму, зрителей сегодня много. Что удивительно - соревнования не самого высокого уровня и вид спорта тоже не самый популярный - не футбол какой попсовый. Но, видимо, приманкой для зевак стали фамилии участников. Не каждый день детки персон из телека и списка Рашн Форбс развлекают публику гимнастическими кульбитами.