Я уже почти открыл дверь, но ее слова меня останавливают.
Соблазн послать ее, поведясь на ее "слабо" велик, но я боюсь этим навредить отцу.
Прежде, чем делать резкие движения, мне сначала нужно узнать все о его проблемах. Есть ли способ помочь ему как-то иначе. И только потом сваливать в закат от Дианы. А пока тянуть время.
Алмазыч, конечно, тот еще говнюк, и заслужил немного того ада, который устроил мне, однако тюрьмы я ему не желаю.
- Просто мне не нравится, когда меня разводят.
- Ок. Мне тоже не нравится. Только я тут причем? - мрачно интересуется.
- Я уверен, что ты меня разводишь сказочками о своей большой любви ко мне.
Про свою не упоминаю - это даже комментировать тупо.
- Развожу? - переспрашивает она и, усмехнувшись, переводит рычаг в режим паркинга, что автоматически разблокирует двери "Панамеры".
Это сигнал "на выход", и я вышагиваю из тачки. Но когда хлопаю дверью, успеваю услышать:
- Это не развод. Я докажу тебе.
Глава 15 Остановите землю
- Так ты расскажешь, Ромео, куда тебя таскала твоя Джульетта в первый день соревов?
С порога спрашивает Дан, как только я вхожу в нашу комнату после длинных - для участников школьной сборной - выхов. Оба соседа уже здесь. Обычно я приезжаю первым - им, очевидно, свербит узнать про Сорину. Ни "здрасьте", ни "шалом".
- Не зря ее Дианой назвали, как древнеримскую Богиню - пришла, увидела, победила, - подхватывает Дэн.
Он тоже не скрывает интереса к вопросу.
Мы виделись все дни турнира в раздевалке Арены, но на скользкую для меня тему не разговаривали - почти никогда не оставались одни. Да и не до того было.
И Сорина, кстати, к счастью, больше не объявлялась ни в раздевалке, ни среди зрителей.
Ну или была, но ко мне ни разу не подваливала. За что от меня лично плюсик в карму. Хотя один там не поможет, нужен ливень из плюсиков…
Но мне, вообще-то, поф.
- Да просто новой тачкой светануть хотела. Отчим ей "Панамеру" подогнал.
- Недурный подгон! - дает оценку Серый. - Ее новый папаша, похоже, не скупердяй, как прошлый. Подфартило девке. Может, это, лучше я на ней женюсь?
- Женись, - ловлю на слове, но без энтузиазма - ежу понятно, он прикалывается. - Сделай одолжение.
- Нет, брат. Экскузэ муа, но это твой квест, - дает наш штатный полиглот заднюю и меняет тему: - А базарили-то о чем?
Поднимаю глаза к потолку, вспомнив бред, что она несла в тачке, и морщусь:
- Да хрень всякую. Даже повторять стремно.
- Ну поделись. Излей душу перед друзьями.
- Да бред, серьезно. Не хочу.
Они типа отстают, но в комнате повисает тишина. Оба демонстративно утыкаются в свои телефоны.
- Эта отбитая пыталась убедить меня, что я в нее вкрашился - вот все, о чем мы говорили. Об отце спрашивал - она ничего толком не знает. Ну или не говорит, и я…
- Вкрашился?! Ты?! - почти хором почти орут они, вскакивая с кроватей.
Я равнодушно дергаю плечами.
- Говорю же - мусор в голове, - и сам тоже заныриваю в телефон, показывая, что разговор считаю законченным.
- Не, погоди-погоди, не съезжай с темы, - падает рядом со мной на кровать Серый.
Смолин плюхается с другой стороны.
- Ты не можешь закончить на такой мажорной ноте. Она живая после этих слов?
- Да живая она, - дергаю губой. - Я дальше слушать не стал, просто вышел.
- Вышел? И даже не возразил?
- Не сказал: "Девушка, клянусь, вы не правы"? - кривляется Дэн.
- А нафига? - смотрю сначала на одного, потом на другого. - Там тараканы с меня размером. Че ей доказывать? Пусть думает, что хочет. Меня это не парит.
- Ладно, если она только думает, а то ведь может и еще кому-то втирать.
- Кому? - презрительно морщусь. - Она ни с кем из наших уже не контачит. А в ее школе меня никто не знает.