Я послушно развернула покупки и увидела мужской костюм своего размера. Разве что с рубашкой Ангус немного ошибся, купив больше, чем понадобилось. Только после, примеряя обновку за ширмой, я поняла, почему. И ошибся не он, а я, не учтя свою женскую грудь, которая заметно натянула рубаху. Зато под плотно прилегавшим сюртуком, приплющилась, став почти идеально мужской.
Штаны и сапожки из грубой кожи, пришлись впору, и скоро я любовалась на себя, вертясь и так, и этак. И, за неимением зеркала, пытаясь определить, как новая одежда сидит на мне.
- Хорошо, - кивнул дядя, - и вот это примерь! – бросил мне еще один сверток в котором оказалась шапка. Теплая, из овчины с меховой оторочкой. Оказалось, что она очень теплая и скрывает мои волосы, которые я стянула в узел на затылке, спрятав под теплую ткань.
- Мальчик из тебя не очень, - признался дядя, а я в ответ только развела руками. Прошлась, пытаясь покачиваться, как это, на мой взгляд делали мужчины, и обернувшись, увидела, что дядя смеется.
- Не так? – спросила тихо.
- Не так, - он махнул рукой. – Лицом не вышла. Не бывает таких смазливых мальчишек. Слишком уж черты тонкие. Ну да, впрочем, лицо не спрячешь. Все равно не так бросаешься в глаза, как в облике девицы с косой, - сказал и протянул мне ножны, а затем помог опоясаться и снова посмотрел оценивающе.
- Сойдет. Лучше все равно не сделать, - сказал он и сел на мою кровать. Достал из карманов деньги, рассыпав на одеяле.
Я удивленно посмотрела на медяки, вспомнив, что Локвуды давали нам только серебро, и спросила:
- А зачем ты деньги разменял?
Ангус пожал плечами.
- Считай, что это моя старческая прихоть.
- Неужели, думаешь, что Локвуды могли нам дать маячок и сдать Левше? – догадалась я, только теперь сообразив, почему дядя решил поменять наших лошадей, да еще и вместе с седлами.
- Лучше перестраховаться, - ответил он. – Я знаю, что страх делает с такими людьми, как Локвуды. – Он посмотрел на меня, велев: - Вещи свои отдай. Я отнесу вниз, велю спалить.
- Что? – я с ужасом подумала о том, как лишусь платья и всех тех вещиц, которыми меня снабдила в дорогу леди Лорейн. Было жаль сжигать одежду. Но в словах дяди была доля истины, и я, не споря, собрала свои вещи в узелок и протянула ему.
- Поедим и отправимся дальше, - сообщил мне Ангус. – Портальный камень держи под рукой, но так, чтобы не потерять. Он последний и, боюсь, купить такой в ближайшее время мы себе просто не сможем позволить. Да и негде.
Он встал, шагнул к двери, у выхода обернувшись:
- Отдохни немного. Выспись. Нам нужны силы для ночного переезда. Я нашел на постоялом дворе торговца, который согласился пустить нас в свой обоз. Так что есть шанс, что следующая ночь будет без приключений!
- А как же ты? – шагнула было за дядей. – Сам когда отдохнуть собираешься?
- Не переживай. Я бывалый вояка. И на лошади посплю, - быстро ответил он и вышел, оставив меня одну.
- Бренн, я против того, чтобы ты шел один! – сказал Сокол, глядя на сборы друга. Они находились в его покоях, одна из комнат в которых была отведена под оружейную. И где комендант Моравского замка хранил свои богатства – оружие и щиты.
Бренн на Ларса только покосился. Хмыкнул, и быстро ответил:
- А я против того, чтобы ты пошел со мной. Если исходить из рассказа элвена, то оборотень объявившийся на болотах, не простой. А мне не хотелось бы в случае неудачи бегать после в попытке поймать уже тебя, - он проворно засунул серебряный нож в голенище сапога и распрямил спину.
- И все равно, мне это не нравится, - не отставал Сокол.
- Я постараюсь поймать его уже этой ночью, - быстро ответил Бренн. – Скоро полнолуние и сам понимаешь, мне не стоит встречать его за пределами замка. Так что, я буду стараться. Есть причина разделаться с тварью как можно скорее.
Ларс вздохнул. Ему было что сказать другу, но он придержал свои слова при себе, понимая, что не сможет повлиять на решение командующего. Когда дело касалось оборотней, Бренн Ингилинг становился непреклонен. Личная месть, вот что заставляло хозяина Моравского замка идти ночью в лес, чтобы избавить болота от очередной напасти. И не было той силы, которая смогла бы заставить его отступится. Вот и сейчас Бренн собирался с особой тщательностью, а Соколу оставалось лишь наблюдать за этими сборами и понимать, что на время отсутствия Ингилинга он, как всегда, останется за старшего.
- Все же, мне в этот раз неспокойно! – признался Ларс, когда Бренн рассовал по карманам мешочки с серебряной пылью.
- Зато у меня хорошее предчувствие, - ответил друг. – А себе я привык верить.