— И как, милая, чьи поцелуи слаще?
Марина странно дернулась — ревность привычно угодливого Марека никак не вписывалась в ее планы. Вскипела:
— О чем это ты?
И тут же пожалела — Флавиану все равно дела до нее нет, еще и с любимым из-за него поругаться…
Марек завелся:
— О ненаглядном твоем! Имя его сама знаешь! Как увидишь, изовьешься вся, лишь бы оценил!
Марина использовала себе на пользу:
— И что за имя? Не твое ли?
Марек мимолетно улыбнулся — ему дико хотелось сгрести огненную девчонку в охапку, зацеловать ее, чтобы забыла обо всем от страсти, ощутить вкус слияния самому, но… так было слишком просто. Опасно на будущее.
Марина пыталась открыто флиртовать под носом, и если бы Флав повелся…
Марек произнес:
— Мое? Прекрасно! Я ухожу, вернусь дня через три, может, больше. Подумаешь, сделаешь выводы, кто тебе в самом деле нравится.
Марина опешила:
— Ты меня… бросаешь?
Марек ответил с болью:
— Нет. Но видеть тебя сейчас точно не хочу.
Он растворился, а Марина стремглав бросилась к Лукасу, напрочь позабыв свои переживания о Флавиане.
— Лу, это ужасно!! Что же мне делать???
Лукас не смог поговорить с ней сию секунду, Марине пришлось подождать и здесь, а когда они увиделись, сказанное не воодушевило ее.
— Ежик, можно только выдержать его испытание. Мар очень горячий, но и очень гордый. За три дня он так себя изведет, что явится на все согласный. Тут-то ты ему и выдашь, что хотела бы сейчас.
Марина негодовала:
— Я сама изведусь!!
Лукас не спорил:
— Да, Еж. С Мареком нельзя так, будешь теперь знать.
Глава 433. Приговор
Ее приговорили в первые часы утра, когда пробудившееся солнце несмело, но очень настойчиво целовало сонные земли, росистые, пряные, полные влажных ароматов трав.
Приговорили бесповоротно и беспощадно, и как ни старался ум Паолы отвергнуть чудовищную мысль, было кристально ясно: скоро гладкий клинок коснется ее тонкой шеи.
Нужно было бежать — бежать, пока враг и палач не заметил, покуда рок не разлился в полную силу, лишая Паолу крови, чести, души.
Его очевидные намерения — и страх, сдавливающий ее грудь, стискивающий горло, подкашивающий ноги — ее будущее лежало на ладони.
Поединок взглядов — насмешливо голубые глаза против многообещающих изумрудных.
Проклиная мнимые обеты, Паола резко развернулась и стремительно унеслась прочь, запоздало осознав, что ее капитуляция только приблизила финал.
Она выказала чувства и проиграла, заинтересовав собой того, кого не стоило будоражить. Что ему стены, что защитники — охотник придет и получит причитающееся. Замести следы, выдаться за другую — отсрочить, хотя бы отсрочить расправу становилось теперь неотвратимым уделом.
Царевич Лукас, хмурясь, подумывал о том, чтобы уменьшить количество своих дел в Городе, а потом покинуть Город совсем, это были отдаленные планы. Но пока что Лукас оставался Хозяином, критически оценивающим потенциалы любых столкновений.
Его сапфировые глаза приняли то же насмешливое выражение, что было у охотника.
Неизбежно. Сопротивляйся, девочка, не сопротивляйся, выбор сделан давно, и все твои пути ведут к нам.
Зачем Лукас, усилия воли которого хватало, чтобы создавать дворцы, парки и даже совершеннейшие копии существ, практиковался во владении мечом?
Это приносило ему удовольствие. Изысканное утонченное удовольствие сродни танцу, где Лукас также являлся признанным мастером.
Он, начальник оперативников, тренировался не меньше их самих и мог бы одолеть практически любого чисто технически, без применения магии. Оценивал силы врагов, делал их копии, сражался.
Иногда Лукас почти поддавался искушениям Тамико — она жаждала спарринга. Но как бы ни принуждал Лукас Тамико в других вопросах, всерьез поднять на нее меч находил кощунственным даже учения ради, а уж тем более забавы.
В конце концов он разрешил Тамико любые упражнения, но сам выступал лишь критичным наблюдателем.
Поведение Паолы было каким угодно, только не адекватным.
Краснеющая отметина отпечаталась на щеке высокого мужчины.
— Я не сдамся! Никакие способности тебе не помогут! Ничего не будет!
Возможно, убеждая себя саму, она посеяла зерно сомнения и в хищнике — он просто подошел познакомиться, завидев Паолу на улице Города.
Паола от ужаса потеряла контроль над собой, забыв, что драки в Городе не приветствуются.
— Мне говорили, что ты, гм, — мужчина произнес с нажимом, — бываешь буйной, но чтобы настолько…