— Эм, — Тамико заискивающе взглянула в его гипнотизирующие глаза под густыми загнутыми ресницами, — дай-ка угадаю... Мареком?
— Точно, Пушистик! — однако, волосы Тамико сегодня не пушились, Тамико заплела их в несметное множество тонких кос и выглядела очень экзотично и задорно. — Через недельку мы с Эс думаем перерождать Маринку, сама Марина спокойна, а вот Малявка извелся, и его нервозность действует на нервы мне. Сама понимаешь, процесс это кропотливый и ювелирный. Твоя задача — побыть с Маром в день Х и, если можно, привлечь Магнуса, пусть он повоспитывает в Мареке выдержку...
Тамико улыбнулась:
— Да запросто, они даже приятельствовали в бытность оперативниками.
— Ну да, — Лукас подтвердил, — только я не слал Марека в партии, замешанные на страстях, уж очень Мар азартный. И смешливый... Знаешь, противно, что тогда из-за моего вояжа заместители сделали просчет и отправили Марека в пекло...
— Ничего, — Тамико ласково провела пальчиками по тыльной стороне ладони любимого, — отдыхать тоже надо. А Марек зато в итоге царевичем стал.
— Угу, — Лукас задумался, подперев щеку, — хорошо, что Марек меня не корит. И мне все еще очень не хватает Макса...
— Ну-ну, — Тамико коснулась пухлых губ Лукаса подушечками пальцев, — кончай хандрить! Подружишься с Мареком, и будет тебе новый брат!
Тамико знала, что Лукас, став ее названным мужем, хранил ей практически безоговорочную верность, и, будучи изрядной собственницей, трепетала при мысли об этом.
Лукас и Тамико надеялись, что проживание Эстеллы с копией Лукаса продлится как можно дольше, исключение составят занятия с Мариной, но такие моменты практически отвергали тонкую интимность.
Отношения Тамико с Магнусом шли столь же славно, как шли всегда, и Тамико чувствовала себя легко и уютно.
Их взаимная любовь с Лукасом, раньше неподконтрольный фейерверк, превратилась в стремительный полноводный поток, текущий, впрочем, строго в рамках, и наблюдательный Флавиан, разговаривая с Тамико, уже не мог понять, есть ли между ней и Лукасом что-то запретное — неутоленная страсть стихла.
Уменьшилась и привязанность Тамико к вину. Тамико дегустировала новинки, лишь когда просил Маг, больше не напиваясь тайно.
***
Флавиану хотелось серьезно поговорить.
Так, чтобы от строгости задрожали стекла, так, чтобы от ужаса затряслись поджилки. Чтобы зеленые ясные глаза Паолы потемнели от гнева, а розовые ноготки впились в его плечи:
— Что еще за обилие работы?! Почему я вижу тебя ничтожно редко?! Ты кувыркаешься там с пери, и это ты зовешь актерской службой?!
Воздух пронизывало бы электричество, он насквозь пропитался бы страстью...
Но Паола реагировала совсем иначе. Она дулась. Просто молчала, скрывая упреки в глубине души.
Флав знал, что это не равнодушие, но его усилия не питали ее злость, Флавиану не хватало горячности Паолы.
Он удрученно говорил:
— Я прошел сквозь завесу миров, чтобы встретить игнорирование?! У нас не слишком много времени, а ты тратишь его на переживание обиды?
Поли считала Флавиана грубым и еще больше закрывалась.
Прекрасная царевна Самира с пронзительным взглядом ждала общества Флава. Он не спешил принять ее приглашение, но начинал задумываться.
Глава 380. Хорошо быть девочкой
То были самые нежные из когда-либо существовавших пирожных, и пара кормила ими друг друга с рук, устроившись на паласе, чашки с бодрящим кофе довершали картину.
В процессе угощения приторно-сладкое настроение Тамико изменилось:
— Лу, а расскажи, ну, сейчас или потом, ты когда до своей Церемонии ездил путешествовать, что ты там делал?
Лукас с укоризной взглянул из под густых, четко очерченных бровей:
— Тами, такая атмосфера, а ты!!
Взгляд синих глаз преисполнился мольбы, Лукасу совсем не хотелось поднимать эту тему, но романтичность обстановки угасла, а Тамико пытливо смотрела на него, спрятавшись за чашкой, и Лукас признался:
— Я ходил убивать. Изощренно и просто. Чтобы забыться. Переключиться на другую роль.
— Ууу, — Тамико вынырнула из-за чашки с хитрой улыбкой, — дрался на мечах и копьях, помню-помню картинки!! А почему, — она сдвинула рыжеватые бровки, — ты не хочешь сразиться со мной? Я хороша!
Лукас аж поперхнулся. Быстро взял себя в руки:
— Тами, любые шарады на твой вкус. Головоломки и загадки. Никаких мечей, копий, палок, боксерских перчаток. Никогда.
Тамико прыснула:
— Ну что ты такой серьезный! А я, может, мечтаю оценить красоту твоего удара! Как еще, если ты тренировки прячешь?
Царские упражнения в самом деле проходили вдали от любых посторонних глаз, чтобы шпионы не могли оценить, чем же владеет тот ли иной член правящей семьи.
Тут размышлять было не о чем. Тамико спасала Лукаса от смерти. Трижды. Лукас жаждал все или ничего, и любимая вновь и вновь отводила его от границ перерождения, а в последний раз и практически небытия.
— Давай покажу. Приготовься к необычности, — успокаивать удивительную женщину, чтобы та не боялась, было странным, поскольку Тамико не выказывала страха ни к чему, кроме тотальной превосходящей и бесконечной грубости. Сами же боль, кровь, истерзанная плоть и страдания не заставляли ее сердце дрожать или сдаваться. — Таким ты меня еще не видела.
Тамико радостно хлопнула в ладоши:
— Урааа!! Это что-то типа как было с вэнками?
Лукас пообещал:
— Суровее. И эффектнее.
— Охохо, — Тамико задумалась, предвкушая, а затем ее мысли сменили курс: — Лу... А от чего ты планировал отрешиться перед Церемонией? — она опустила голос до шепота, кажется, зная ответ.
Лукас ответил тихо, глядя в огромные карие глаза пристально и твердо, и Тамико выдержала этот взгляд:
— От тебя, Пушистик. И я малодушно желал, чтобы в странствиях нашелся кто-то сильнее меня... Но я обещал вернуться... Всем...
Тамико придвинулась к Лукасу ближе, и так как размером она была значительно меньше Лукаса, то обняла его, сев ему на бедра и устроившись в его объятиях, точно в уютном кресле.
— Не вернулся бы, я бы умерла от горя. Только и всего.
***
— Эх, как все-таки хорошо быть анамаорэ! — Тамико, наряженная в простую белую футболку и светло-голубые джинсы, оттенявшие ее загорелую кожу, раскачивалась в плетеном стуле-качалке, сидя на кухне их с Магнусом дома.
Магнус самодовольно улыбнулся:
— Ага, никаких яиц и муки, хоп — и сразу пирожок!
Тамико опасливо покосилась на него:
— Как часто ты читаешь мои мысли?
Магнус просиял:
— Под настроение. Тебе есть, что скрывать? Есть, да?
Он явно подтрунивал, но Тамико сказала:
— Свое нет. А вообще так нечестно! Мы должны быть в равных условиях!
— Ну так попробуй! Стань!
Тамико хмыкнула:
— Страшнее тебя, Ужаснейший? Ну спасибо! Давай-ка сюда пирожок.
Магнус, вкладывая выпечку в ее протянутую ладошку, целуя хрупкие пальчики, заметил:
— Самые ценные клады скрыты в нас самих.
Тамико, вонзив в лакомство острые удлиненные клыки, ответила:
— Представляю, сколько у тебя скелетов! И сколько шкафов! Знаешь... Мне что-то больше в кайф быть девочкой и нравиться мальчикам. И чтобы пирожками кормили и смотрели так ласково! На монстрюк же так не глядят!
Магнус, притянув к себе ее пушистую голову, поцеловав в лоб, подытожил:
— Одобряю!
Глава 381. Любовь к мотоциклам
В какой-то миг Агнес надоело изучать мир людей, хотя ее знания выходили неточными и неполными, Агнес обратила испытующий взор карих глаз исключительно на Кацуо.
Призналась, говоря несмело, точно в бреду, когда пара холодным вечером устроилась под пледом перед телевизором. Агнес могла бы повысить температуру тела магически, но ей нравились атмосфера и антураж: