Заметив меня, оба мужчины замолчали и склонились в приветствии.
— Ваша милость, — произнесли они, уступая мне дорогу.
Я ответила лёгким кивком, не желая встревать в их дела, и продолжила путь.
Сидя в саду замка я приказала подать мне чай. Элеонора, всегда готовая предложить что-то необычное, похвалила редкий сорт, который, по её словам, обладал тонким вкусом и цветочным ароматом.
— Попробуйте миледи, — улыбнулась она. — Я уверена, что он придётся вам по вкусу.
— Хорошо, с удовольствием попробую, — согласилась я, опускаясь на деревянную скамью.
Листья в саду шуршали под лёгким ветром.
— Моя Госпожа, — вдруг заговорила Агата, её голос был мягким, но с ноткой тревоги. — Простите за смелость, но… привыкаете ли вы к жизни здесь? Всё ведь так отличается от замка герцога Вальмона.
— Да, отличается, — сказала я, задерживая взгляд на каменном изваянии. — Но знаешь, Агата… здесь, как ни странно, я чувствую себя лучше. В замке отца, я всегда была будто чужой, — продолжила я. — Ты сама не раз наблюдала, как относились ко мне, будто я никто. Даже когда я сидела за тем же столом, что и они, среди знатных гостей, мне никогда не казалось, что я имею там право быть.
Агата нахмурилась.
— Я знаю, моя Госпожа. Люди в замке герцога… — она замялась, выбирая слова, — не видели в вас того, что я вижу.
Я улыбнулась краешком губ.
— Здесь, — продолжила я после паузы, — пусть всё и выглядит мрачно, а стены холодны, но я чувствую себя иначе.
Агата слегка подалась вперёд, её голос стал чуть тише:
— Вы правы. Это место другое, Но здесь вас уважают уже потому, что вы его супруга. Как вы того заслуживаете.
— Рано говорить о каком-либо уважении, Агата, — заметила я.
— Возможно, — ответила она, — но это уже больше, чем было у герцога Вальмона.
Я вздохнула, облокотившись на спинку стула.
В этот момент подошла Элеонора с подносом, на котором был чай, благоухающий лавандой и мёдом.
— Миледи, это самый нежный чай из нашей коллекции, — сказала она, слегка поклонившись.
Я кивнула и взяла чашку, вдыхая аромат.
— Ты права, пахнет восхитительно!
Она улыбнулась в ответ, ощущая внутреннюю гордость.
Сад был ухожен — кусты подстрижены с идеальной точностью, дорожки выметены, и даже листья, обронённые деревьями, словно сговорились падать в строго отведённые им углы. Но ему не хватало жизни. Цветов здесь не было совсем, только редкие зелёные кустарники, сквозь которые пробивались серые каменные статуи.
Я провела взглядом по этому мрачному совершенству, ощущая, как холод этого места перекочевал даже сюда, в сад, где природа должна была оживать.
— Элеонора, — обратилась я, слегка отставив чашку чая на столик. — Кто ухаживает за этим садом?
Она чуть поклонилась, прежде чем ответить:
— Это заслуга дворецкого, Филиппа, Ваша милость.
— Филиппа? — удивилась я.
— Да, — кивнула она. — Лорду, скажем прямо, нет никакого дела до сада. Но Филипп, — её голос наполнился лёгким теплом, — считает, что замок должен иметь хоть одно место, где можно найти нечто… светлое.
— Светлое? — повторила я, оборачиваясь к мрачным деревьям и серому фону. — Но здесь нет ни одного цветка.
— Это так, — ответила Элеонора. — Филипп говорил, что только настоящая хозяйка этого замка сможет позаботиться о саде. Он решил сохранить это место для неё.
Мои пальцы застыли на ручке чашки.
— Для хозяйки? — задумчиво проговорила я.
Элеонора чуть улыбнулась.
— Да, Ваша милость. Он верил, что придёт день, когда здесь появится кто-то, кто привнесёт красоту и жизнь в этот сад.
Я молчала, скользя взглядом по кустам и деревьям. Это место, на первый взгляд пустое и холодное, вдруг обрело для меня иной смысл. И как я раньше не заметили его? Оно больше не казалось заброшенным. Это был холст, ожидающий мастера, который способен вдохнуть в него краски. Это место, как и я, ожидало своего времени, чтобы расцвести.
Глава 14
После неспешного чаепития я подняла глаза на Элеонору и, немного смущаясь, попросила:
— Элеонора, не могла бы ты принести мне книгу? Что-нибудь, что могло бы помочь лучше понимать управление замком. Например, записи о том, как вести хозяйство или распоряжаться финансами.