Неожиданно сбоку хрустнула ветка, и Алина дернулась, но я не разрешил ей двигаться, продолжая начатое. Сам же внимательно всмотрелся в окружавшую зелень и принюхался. В ноздри ударил пьянящий аромат. Она пришла! И смотрит — я это точно знал! Впился взглядом туда, где должны быть ее глаза. Пусть смотрит. Пусть видит, что теряет.
Несколько раз насадил Алину на член до упора, отчего ее буквально скрутило от наслаждения, а после поставил перед собой на колени. Она послушно принялась работать языком и губами, а я все смотрел и смотрел туда, где стояла Ольга. Я слышал ее рваное дыхание, чувствовал исходивший от тела жар. Она явно возбуждена до предела. И когда на пике зарычал, изливаясь в горло Алины, услышал, как Оля торопливо побежала по тропинке. Беги, детка, беги. Мысленно рассмеялся и легонько оттолкнул от себя Алину. Наслаждение, нахлынувшее, пока Оля была рядом, внезапно пропало.
— Ты ненормальный, знаешь? — задала явно риторический вопрос Алина, с трудом вставая. — Она же могла нас увидеть!
Усмехнулся, не сказав, что она и увидела. Более того — я хотел, чтобы увидела. Кивнул волчице в сторону дома, и она, обернувшись, потрусила в указанном направлении. А я стоял и смотрел вслед обеим. Теперь я точно знал, почему волк так рвался к Ольге. Понял это, когда она наблюдала за тем, как я трахаю Алину, всем существом желая, чтобы на месте волчицы была она… Ольга… моя истинная!
Глава 12
Вадим
Дни в поселке были самыми отвратительными, но и самыми волшебными. Оля раскрепостилась, мы столько, наверное, никогда не занимались сексом. Уверенность в ее любви ко мне росла, несмотря на сопротивление стаи, которая смотрела на Мира и, разумеется, покорялась ему. Я тоже, все-таки Бета, но был готов даже на изгнание, только бы быть рядом с Олей. Пусть я проживу короткую человеческую жизнь, вдали от семьи и друзей, в тоске по стае, но зато рядом с той, которую люблю всем сердцем.
Мои родители относились к Оле хорошо, но когда я не ответил на вопрос, истинная ли она для меня, нахмурились. Боялся, что это скажется на Ольге, но нет — обращались с ней так же тепло, как и до этого, а вот на меня смотрели с немым укором. И я знал почему. Мои родители — приверженцы традиций. Единственным, кому оказалось плевать на все это, оказалась, как ни странно, Катя. Хотя она и не могла не подчиняться законам стаи, но шепнула на ухо, что я молодец и волен делать то, что считаю правильным. Милая сестренка. Я был ей очень благодарен за слова поддержки.
Несмотря ни на что, я все же планировал для Ольги особый вечер. После него мы уедем. Раз Альфа дал три дня на принятие решения, так и будет. Как раз сегодня истекали третьи сутки. Я выбрал Ольгу… Катя одобрила, а родители… Им придется смириться.
Я готовил этот вечер с особой тщательностью и втайне от Оли. Пока Катя занимала ее всякими женскими штучками, я занялся, так сказать, антуражем. Цветы, свечи, красивые фонарики, гирлянды, столики с белыми скатертями — Катя написала мне целый список, как и что должно выглядеть. Кольцо я купил уже давно и теперь, глядя на него, испытывал смешанные чувства. А вдруг ей не понравится? А вдруг она откажет? А вдруг она не готова?.. И еще сто разных «вдруг». Одернул себя — она меня любит, в этом я уверен. А значит, рано или поздно скажет «да». И даже если сейчас ответит отказом, я своего решения не изменю — мы уедем и будем жить как люди. И Оля никогда не узнает правду обо мне. Внутри свербила мысль о том, что обманываю ее подобным образом, но я заглушал ее, твердя себе, что обманывать и не говорить всей правды — разные вещи. Волк усмехался, но я давно научился контролировать его.
Погода радовала — золотая осень все вокруг делала ярким и красивым. Деревья еле шумели, безоблачное, синее, прямо как летом, глубокое небо так и притягивало взгляд, листья всех цветов ковром ложились под ноги и приятно шуршали, когда мы с Олей бродили по лесным тропинкам, валялись в кучах листвы, смеялись и кидались друг в друга веточками и шишками. Я словно снова на пару дней стал ребенком. Мы с Миром в детстве играли так же.