Иудеи заподозрили блеф. Предусмотрительные, они стали узнавать, какие именно купцы собирались давать серебро князю и, никак не находя таковых, убеждались, что торг не проигран. Но у Святослава и на этот случай был выход. Собравшись якобы устроить смотр – это он объявил только касогам и другим вступившим недавно в его отряд местным, Ярославич попросил явиться не облачёнными, а принести всё в сундуках. Он знал, что жидовские соглядатаи обязательно наблюдают за всем происходящим в городе, как наблюдали за этим византийцы – не здешние ромеи, нет, а присылаемые прямо из Константинополя люди, постоянно пытавшиеся проводить тут политику, выгодную по ту сторону моря.
Принеся и свои запасы мечей, луков, щитов, шлемов тоже, уговорив Татиану предоставить набитые монетами сумы из закромов её отца, Святослав устроил спектакль с «получением» необходимого от диаспор. Понявшие, что остаются на обочине жизни Тмутаракани, чьё сплочающееся население решает общие дела и договаривается в обход них, хазары сдались, и противостояние, длившееся целый месяц, закончилось безвозмездным подарком князю некоторой значительной суммы, которая должна была покрыть расходы на коней и остальное, что ещё не успело приобрестись.
Следившая за всем этим Татиана окончательно покорилась властной, но относительно мягкой руке князя Черниговского, так умело сводящего и разводящего людей, сходящегося с ними, улаживающего конфликты. Особенно её поразило, как он отверг юных прелестниц, присланных иудеями. Никогда прежде не видела она такой выдержки у мужчин, и теперь была готова заделаться его верной помощницей, советницей и хранительницей его интересов. За все дни пребывания у неё, Татиана не была обижена ни словом, ни взглядом, а окружалась почтением и заботливым участием.
- Кстати, сестрица, - Святослав закончил обед, но не спешил встать из-за стола, - ещё просьба у меня к тебе будет, если не напряжёт она тебя, будь ласкова – исполни.
- Слушаю тебя, брат.
- Девочка – Ауле, можно будет оставить её на твоё попечение, когда уеду?
- Конечно! Это совсем простая просьба, не волнуйся, - улыбнулась женщина.
- Благодарю тебя. Не хочу тянуть её в обратную дорогу через степь и по Днепру, не для девиц такие похождения.
- Когда ты собрался отбывать? – не без печали спросила Мстиславова дочь.
- Как поплывут суда вверх по реке, так и отбуду. Не загощусь, если получится.
- Я вовсе не против и не гоню тебя.
- Меня гонит желание оказаться в Чернигове.
- А что на следующую зиму? Опять вернёшься? – в голосе отчётливо звучала надежда.
- Посмотрим. Я бы хотел.
Святослав осознавал, что наведённый порядок требует поддержания. И за лето-то неизвестно, что приключится без его присутствия! Год пропускать никак нельзя. Он посмотрел побежавшему из зала, наевшемуся Глебу в спину. Будь сын постарше! Можно было бы оставить его здесь следить за всем, но пока оставить некого. Алова уже прикрепил к жене, назначить Перенега воеводой Тмутаракани – самому без верного человека под рукой остаться. Разве что Яна Вышатича, если хорошо проявит себя, оставлять впредь при Киликии, а Алова сюда перевести… да нет, у него такая большая семья, не потащит же он их всех с собой! А без семьи перебираться негоже.
Сколько ни решал проблем Святослав, сколькие вопросы ни улаживал – появлялись новые и новые. Вот она – княжеская власть, которую многие так хотели. А ему, по-прежнему, милее были времена на Волыни, где они с Ликой никому не были интересны, жили по-простому, горя не знали. Но от судьбы не увернуться, и что даёт она, то приходится ловить, чтоб оно не обрушилось на голову, раздавливая.
В ожидании весны, Святослав каждый день посматривал на море – когда начнёт светлеть – и задирал лицо к небу, сверяясь с перелётными птицами. Те никак не хотели двинуться на север, забирая его с собой.
Примечания:
[1] Младший класс дворянства в Армении, сыновья и младшие отпрыски в знатных родах, иногда могли быть чем-то вроде рыцарей
[2] Духовное лицо армянской церкви наподобие архимандрита
[3] армянский государственный деятель, поэт, философ, переводчик и популяризатор античной литературы, годы жизни примерно 990 – 1059, т.е. на момент повествования он ещё жив
[4] Древний монастырь в одноимённом селе в Армении
[5] В оригинале летописей, разумеется, с одной «с» - Руськое
[6] Греческое название Чёрного моря – понт Эвксинский (Гостеприимное море)