Я уже прекрасно знала, что — нет. Он был не болтливый, но что называется со стержнем. Вот совсем не удивительно, по крайней мере для меня, было то, что его жена от него не отказалась. Да и многие ли люди, еще и в таком возрасте, когда казалось вся жизнь уже позади, могут взять и все бросить, чтобы зажить совсем по-новому? А он решил и сделал.
И таверну поднял и за хозяйством следил сам, только изредка нанимая работников. Жил он кстати как раз там, где я его встретила. Это был задний двор его участка. Тот был вытянутым, один конец на одной улице, а другой выходил на другую. За садом, что я видела, дом и притаился.
Дядюшка мне предлагал вместе с ним поселиться, места хватало, но я отказалась. Не то, что за честь свою девичью переживала, все же разница в возрасте была у нас ого-го. Для меня, да и дядюшка ко мне скорее, как к дочери относился, если не как к внучке. Но люди злые, могли наболтать, что я решила состоятельного старика охомутать, оно мне надо? Но и не это было главной причиной. Я все же привыкла жить одна. В таверне имелись комнаты. Собственно это был облагороженный чердак. Комнаты раньше сдавали, и работники в двух жили раньше, имелась дверь отделяющая одни от других, меня все полностью устраивало.
Надо было только отмыть как следует, так как там давно никто не жил. Дядя Матис дал мне полную свободу, показал где у него тряпки, метлы, ведра и «моющие средства» хранились. На самом деле, все это было просто составлено в угол кухни.
— А почему все это здесь? — все же озадачилась я.
— А где же еще? Мало ли что замести или протереть надо.
— Это я понимаю. Но тут же еда готовится.
— И что?
Я подняла двумя пальцами тряпку, брошенную комком. От нее отчетливо пованивало. Никто не удосужился ее, как следует, прополоскать после уборки и развесить, чтобы просохла. Я принюхиваться не стала и выкинула ее в мусорную бочку, что тут же стояла. Мухи лениво взлетели, потревоженные мною. Меня аж передернуло.
— Так нельзя, — решительно заявила я.
— Почему?
— Потому что мухи должны быть отдельно от котлет! — уверенно заявила я.
— Что такое «коклет»?
Может с моей стороны и было наглостью сходу устанавливать свои правила, но мне все же повезло с работодателем. Может быть просто от скуки, которой он очень боялся, может в силу склада ума требующего нового, чтобы не закиснуть, как выкинутая мною тряпка. Это потом я уже увидела, что наши с дядюшкой отношения, как хозяина и наемной работницы, далеки от принятых, как вершина горы от морского дна.
И все же я мерила все категориями своего мира, слишком мало видела, чтобы принять и следовать общим правилам. Хотя небольшой опыт у меня все же был. Заставила же я суровых моряков минимум гигиены соблюдать, а тут вроде как для себя все делала?
После того как повар уволился, дядюшка Матис предпочел закрыть свое заведение, пока нового не найдет. Я отмыла свою комнату. Было трудновато, так как я все же привыкла к большему спектру моющих и чистящих средств. Там, где раньше мне надо было просто побрызгать средством или провести пару раз смоченной в нем тряпкой по проблемному участку, а потом протереть чистой, тут в ход шли вода и тряпка. Три и пыхти. Это я еще на корабле испытала, но думала, что там мужчины просто не заморачивались такими вещами. Смахнул метлой куски грязи и ладно.
Оказалось, что средств просто нет. Точнее имелись только самые примитивные — щелок и типа хозяйственного мыла еще можно было купить. Пахло оно специфически. Руки мои оказались для первого средства слишком нежными, но я быстро привыкла. Какие были варианты? Терла и пыхтела.
К тому же, после того, как я привела в порядок свое жилье, я попала в ловушку. Кухню, прежде, чем приступать к работе, то же надо было привести в порядок. По-моему убеждению. Я не подозревала, что там все так плохо. Просто провела тряпкой по полке и офигела! Огонь же открытый, жир в воздухе, копоть и никто это годами толком не отмывал. А отмывать надо было все, от потолка до пола. Я и отмывала. Пыхтела и терла.
Что-то можно было замочить в щелоке, тогда не требовалось столько усилий для мытья. Но далеко не все. Я немного была знакома с этим народным средством, мама научила. Был у нее как-то период сплошной натурализации и борьбы с «вредной химией». Из него я припомнила еще одно средство — горчица. Отличная вещь оказалась. Я и мылась ей и голову тоже.
Для уборочного инвентаря нашла подходящее место, убрав с кухни. Привела в порядок и кладовую для продуктов. Дядюшка Матиас смотрел на меня и только хмыкал, но не препятствовал моим деяниям. Помогал двигать мебель, таскать мусор, ходил на рынок за новыми порциями горчичного порошка и мылом. Кухня уже не выглядела иллюстрацией к средневековому трактату о пытках. На рынке мне посоветовали еще и лимоны использовать. Они тут были дешевы и я их с удовольствием попробовала. Правда толковая вещь оказалась, особенно против жирных пятен. И пахло в кухне после них очень хорошо.