— Что случилось, Бэб? — круто обернувшись, Лоренс впился в нее взглядом. — Ты три дня подряд опаздываешь на работу… — Лоренс сел за стол и продолжил: — И без конца ошибаешься, в последнее время ты стала рассеянной. Почему, Барбара? — не сводил с нее глаз Лоренс.
Бэб боялась встретиться с ним взглядом. Она мысленно подготовила себя к выговору, но не к этой тихой пытке.
— Я уже извинилась перед начальницей, — уклончиво сказала она, глядя в пол.
— В следующий раз, если ты опоздаешь без уважительных причин…
Лоренс взмахнул рукой, без слов дав понять, что с ней будет.
Бэб прикусила губу. Держись. Нельзя терять это место, надо работать до тех пор, пока это будет возможно.
— Хочешь кофе?
Она удивленно смотрела на шефа, поднимающегося из-за стола.
— Спасибо, нет, — быстро ответила Бэб, брезгливо поморщившись. Одна мысль об этом напитке вызывала тошноту.
— Какой же я дурак. — Лоренс снова сел, вытянув длинные ноги. — Запах кофе, мадам? На многих беременных женщин, я знаю, он действует плохо.
Барбара окаменела. Она хотела что-то сказать, но губы не слушались.
— Нет смысла отрицать, дорогая, — тихо сказал Лоренс. — Я узнал обо всем в то самое утро, когда заехал забрать тебя из больницы. Сестра вышла из кабинета, и я успел посмотреть на столе результат теста.
Бэб побелела как полотно. Так вот почему он уехал, не дождавшись. В тот самый момент, когда узнал, что она беременна, он вышел из игры.
— Ты не имел никакого права…
— Знать, что ты носишь моего ребенка?
Лоренс вскочил и беспокойно зашагал по кабинету.
— Почему ты сама мне об этом не сказала?
Райленд остановился перед столом. Зазвонил телефон. Он взял трубку.
— Да? Скажите, что я ему перезвоню. Завтра. И еще, Клемент, я уеду до конца дня.
Он бросил трубку и посмотрел на Барбару.
— Нам надо поговорить. Чтобы никто не мешал.
— О чем?
Дьявол, она может разразиться слезами в любой момент. Этого только не хватало — унижаться перед ним. Не дождется!
— Это моя проблема, и я с ней справлюсь.
— Проблема? — набросился на нее Лоренс. — Вот так ты видишь ситуацию? И какое же решение тебе по душе? — Он скривил рот. — Аборт?
— Нет! — испуганно воскликнула Бэб, схватившись за живот. Ее начало трясти.
— Прости. Я вел себя по-свински.
Не веря себе, Бэб медленно подняла глаза. Лоренс шел к ней. Нежно взяв ее за руку, он помог ей встать со стула.
— Пошли, — сказал он и вывел Барбару из кабинета.
— Хочешь прогуляться? — спросил Лоренс, притормаживая возле входа в пустынный парк неподалеку от аэропорта.
Барбара молча кивнула.
Зеленые лужайки спускались к реке, поблескивающей под майским солнцем. Спокойное и умиротворяющее местечко. Бэб вышла из машины и, сняв форменный жакет, бросила его на сиденье.
— Дорожка начинается от ворот. — Лоренс взял спутницу под руку и повел к входу в парк.
Неторопливо прогуливаясь на свежем, по-весеннему ароматном воздухе, подставляя солнышку открытые руки, Бэб чувствовала, как постепенно оживает. Пройдясь по аллее, они остановились на высоком берегу реки, любуясь окрестностями.
— Если бы я не узнал сам, ты бы мне и не рассказала о ребенке? — нарушил молчание Лоренс.
— Не знаю, — честно ответила Бэб. Много раз она хотела сказать, что у них будет ребенок, и столько же раз откладывала разговор на потом. Скорее всего, не рассказала бы.
Барбара стояла, положив руку на спинку скамейки всего в нескольких дюймах от руки Лоренса. Как бы ей хотелось дотронуться до него, впитать в себя немного его силы.
— Я не могла бы долго хранить свою тайну, — криво усмехнулась она. — Рано или поздно все станет заметно.
— И тебе никогда не приходило в голову, что мне небезразличен факт моего отцовства?
Бэб скользнула взглядом по его лицу. Слова вырвались у нее сами собой.
— По-моему, настолько безразличен, что ты, едва узнав о нем, бросился в кусты!
— Я был зол, — стал оправдываться Лоренс. — Зол, потому что ты сама мне не сказала.
— Но я не знала.
Райленд скривил губы.
— Брось. Ты должна была о чем-то подозревать, были же какие-то симптомы. Или ты просто запретила себе об этом думать? Мечтала, что само рассосется?
— Само? Оно? — с возмущением вскричала будущая мать. — Это не «оно», это мой ребенок!
— Наш ребенок, — шепнул Лоренс так тихо, что Бэб едва разобрала его слова. Надежда вспыхнула в ней, но лишь на мгновение. — Я не женюсь на тебе, — услышала она.
Надежда угасла, так и не успев разгореться.
— Я тебя и не прошу!
Но разве где-то в глубине в подсознании не пряталась мысль, что он хотя бы предложит руку и сердце.