– Просто я это чувствую, вот и все, – ответил Висенте, пристально вглядываясь в ее бледное лицо. – И почему ты захотела выйти одна? Ты же ненавидишь ходить по магазинам за покупками.
– Не всегда.
Взяв Дженетт за руку, Висенте почувствовал, что та холодна как лед.
– Я предпочел бы пойти с тобой.
– Вряд ли это нужно. Вдруг мне захочется сделать прическу, – возразила она.
Когда он вышел из комнаты, Дженетт сняла с пальца обручальное кольцо и положила на крышку комода. Кольцо являлось символом их брака, и ей больше не хотелось его носить. Оставалось только надеяться, что Висенте не воспримет этот поступок как дешевый жест.
Дженетт понимала, что ей требуется по-новому пересмотреть их теперешние отношения. В лучшем случае, это можно было назвать любовным романом с бывшим мужем, в худшем – она просто превратилась в его любовницу, особу гораздо менее респектабельную, чем жена, и уж конечно не столь для него обременительную Ей оставалось либо принять, либо отвергнуть эти отношения. В данный момент можно было с уверенностью сказать лишь одно: она ненавидела Висенте столь же сильно, как и любила.
В этот момент – на удивление вовремя – раздался стук в дверь и в комнату ворвалась радостно улыбающаяся Маргарита. Стройная молодая женщина с теплыми карими глазами и длинными черными слегка вьющимися волосами заключила Дженетт в объятия.
– Сегодня мы как следует повеселимся, пообещала она – Только ничего не говори Висенте… Он до сих пор считает меня ребенком.
10
– Неужели ты действительно собираешься в этом пойти?!
Сделав вид, что даже не подозревает о его присутствии, Дженетт добавила еще один слой туши на ресницы. То, во что она одета совершенно его не касается.
За покупками они ходили вместе с Маргаритой, оказавшейся незаменимой спутницей особенно в том состоянии, в каком находилась сейчас Дженетт. Именно Маргарита уговорила ее купить короткую замшевую юбку, обтягивающую блузку с ярким золотисто-рыжим рисунком и туфли на высоких каблуках. В уши она вдела крупные, на манер цыганских, серьги.
– Надо признать, ты смотришься очень сексуально, – заметил Висенте, стараясь держать себя в руках, что оказалось весьма непросто: в этом наряде Дженетт была словно выставлена на всеобщее обозрение. – Можешь одеваться так для меня, только не выходи на люди. Это тебе не подходит.
– Хочешь сказать, что я слишком стара и положительна, чтобы носить юбку выше колена? – спросила она не предвещающим ничего хорошего тоном.
– Конечно нет. Но это привлечет к тебе внимание, чего ты так не любишь. К тебе будут приставать мужчины, – пояснил он, в сотый раз со времени их отъезда стараясь понять, что с ней происходит.
Всю дорогу до города Дженетт говорила без умолку с Карен и Марией, совершенно игнорируя его присутствие. Даже поворачиваясь в его сторону, она избегала встречаться с ним взглядом.
Внезапно его внимание привлекло лежащее на комоде кольцо. Взгляд на ее левую руку подтвердил то, что это ему не привиделось. В какой-то момент Висенте почувствовал себя так, будто получил удар прямиком в солнечное сплетение.
– Ты не надела обручальное кольцо, – с явным трудом выговорил он.
– Думаю, что теперь, когда мы разведены, в этом нет необходимости. – Дженетт была горда тем, что голос ее прозвучал ровно и спокойно.
– Меня очень огорчает то, что ты его сняла, дорогая, – признался Висенте, не в силах разобраться, доволен он или нет тем, что ей стало наконец известно о разводе. В данный момент кольцо для него казалось гораздо более важным. – Мне кажется, тебе надо его носить.
– К чему? Теперь оно всего лишь часть моего прошлого. Я тебе больше не жена.
Наступило зловещее молчание. Дженетт продолжала наносить тушь на ресницы, удивляясь, как они не начали опускаться пол собственным весом. Лучше перейти на губную помалу.
– Когда ты узнала, что развод вступил в силу? – спросил напрямик Висенте.
Ответив, она добавила:
– Но ты должен был догадаться, что мне об этом неизвестно… Почему ты ничего не скачал?
Он попытался объяснить то, что было невозможно:
– Мне это не казалось важным.
Для того чтобы удержать рвущиеся с языка злые и обидные слова, ей пришлось стиснуть зубы. Для нее их брак не казался неважным.
Поняв, что выразился крайне неудачно, Висенте попытался исправить положение.
– Я хотел сказать, что важно то, чтобы мы с тобой были вместе. А ведь мы вместе…
– И разведены, – добавила Дженетт.
– Но мы сейчас гораздо счастливее чем были когда-то, – возразил он. – Теперь нам известно, в чем заключались наши ошибки, и мы не нуждаемся в брачном свидетельстве что бы понять, что следует сохранить.