Жесткость и холод, который сквозит в его словах, пугают меня до чертиков. Поэтому торопливо обещаю:
- Конечно! Я никому не скажу, клянусь!
- Смотри, ты поклялась! – предупреждает и протягивает свой нож. – Разрежь, так будет быстрее.
Внимательные темные глаза следят за каждым моим жестом. Сглатываю ком в горле. Искушение прибить своего хозяина велико, но я-то себя знаю: мне банально не хватит мужества для такого поступка. Отнять чью-то жизнь…. Нет, это не для меня.
Возвращаю нож, а Такамар говорит, между прочим:
- Ты бы все равно не смогла сбежать, даже если бы решилась.
Вздрагиваю, и едва не задеваю рану на его груди.
- Откуда вы узнали, о чем я думала?? – замираю напротив, глаза в глаза. Генерал приближает свое лицо ко мне практически вплотную.
- Я умею читать мысли, Алатея!
- Правда? – в ужасе шарахаюсь от него. Боже, что я там о нем думала?!
- Нет. Это была шутка, - ловит за руку и возвращает меня на место. – Просто у тебя все переживания на лице написаны.
Перевариваю информацию. Пользуясь расположением генерала, задаю еще один вопрос:
- А почему?
- Что почему? – переспрашивает Такамар, наблюдая, как я медленно, виток за витком, приближаюсь к его тайне.
- Почему я не смогла бы убежать?
- Очень просто. Все рабыни на рынке привязаны магически к своему хозяину. И при покупке – право владения переходит к новому владельцу. У тебя был один единственный шанс, пока тебя вел Камир.
Оскаливается в хищной улыбке. Что за странное у него настроение? То шуточки дурацкие, то откровенно издевается!
Впрочем, все мысли улетучиваются в один момент, когда я добираюсь до места ранения.
- О-о-о… это… это ужасно! – шепчу, будучи не в силах отвести взгляд.
Поперек мощной грудной клетки генерала тянется след от когтей гигантской лапы. Что же это за тварь была, если оставила такую отметину?!
Глава 8
Пальцы чешутся, так хочется исцелить его, и заодно потренироваться. Но Такамар бросает острый взгляд из-под ресниц и цедит:
- Доделывай свою работу и не на что тут смотреть!
Качественно намываю спину и плечи, совсем немного под раной, на животе. И стараюсь не пялиться ниже, где сквозь прозрачную воду отчетливо видно мужское добро. Про себя бормочу: «Это не мужчина. Я просто мою… статую! Да-да, красивый антикварный образчик. Полирнуть здесь, полирнуть там…»
- Что смешного, рабыня? – спрашивает.
От его вездесущего взгляда не укрылась моя улыбка.
- Радуюсь, что все еще жива, и попала в руки к нормальному человеку, - брякаю первое, что приходит на ум. Ну не говорить же, что думала о нем!
- А ты так уверена в моей нормальности? – переспрашивает вкрадчиво.
- Я на это надеюсь, господин! – веселье испаряется в один миг, и вкладываю в руку генерала мочалку. Пусть дальше сам уж как-нибудь.
Отхожу к окну, занимаясь позицию Такамара. Теперь я «любуюсь» стенкой дома напротив, пока он приводит себя в порядок.
- Подойди, Алатея, - окликает спустя несколько минут.
На этот раз генерал сидит в штанах на кровати, откинув влажные волосы за спину. Удивительное дело, но ему идет эта прическа, и нисколько не умаляет его мужественности.
Из кармана брюк выуживает тканевый мешочек.
- Присыпь этим рану и замотай.
Киваю и приступаю к делу. Разрываю чистую ткань на полосы, и раскладываю их на постели рядом. Осторожно развязываю мешочек. Принюхиваюсь.
Странное дело: пахнет дымом, чем-то животным и вообще – на вид, как пепел.
- Что это?
- Прах, - отвечает спокойно Такамар.
- Что, простите?! – брезгливо вытираю палец, который успела обмакнуть в серую пыль. Это что за медицина такая? Посыпать открытую рану какой-то дрянью. Бр-р-р!
- Прах сожженного зверя, который оставил след на память, - делится подробностями, с ухмылкой наблюдая за моей реакцией.
- И кто вам сказал, что это пойдет на пользу?! – складываю руки на груди, отчитывая генерала. Ну как можно было додуматься до такого жуткого метода лечения!