Заставляю себя снова посмотреть на рану тем самым способом и, о чудо! У меня получается. Подушечки пальцев чуть покалывает, когда заношу руку над раной. Из видения следует, что нужен прямой контакт. Надеюсь, я не сделаю девушке хуже.
Прикасаюсь к краям раны и посылаю туда свою силу. Я чувствую, как она бурлит во мне, просит пустить ее в дело. Зачерпываю немного и стягиваю порез. Особым зрением вижу – в этом месте кожа соединилась. Боже мой!
На лбу появляется испарина, руки – отчаянно дрожат. Но я снова зачерпываю из своего внутреннего источника и посылаю в нужное место.
Раз за разом повторяю эту процедуру, наложив не меньше двадцати таких «стежков». От сильной концентрации раскалывается голова и пекут глаза.
И вроде бы можно выдохнуть, дело сделано, но «особое» зрение показывает – не все так радужно.
Разорванные сосуды подают много крови в брюшину, общая магистраль нарушена. Среди этого хауса отчетливо вижу, как заполошно бьется сердечко рыжеволосой рабыни.
Я что-то делаю не так, ей становится хуже, причем резко.
Вспоминаю все, что когда-либо видела в фильмах и читала в газетах. И понимаю, все сосуды надо сшить, как бы это безумно не звучало.
Смахиваю пот со лба и, несмотря на жару, продолжаю творить нечто необъяснимое. То, что мне показалось напряженной работой до этого – не идет ни в какое сравнение с новой задачей.
Мне нужно сшить тонкие стенки эластичных сосудов. Я вижу разрывы и повреждения, но не владею практическими навыками. Просто надеюсь на чудо и врожденный талант Алатеи.
Медленно, безумно медленно, я продвигаюсь в новом деле. Теперь мои прикосновения точечные, словно работаю паяльником. Едва заметные касания магией приносят свои плоды: каждый сосуд оказывается «заштопан» как надо. И только после этого кровоснабжение в организме восстанавливается, и на лицо девушки возвращаются естественные краски.
Убираю руку. Там, где только что зияла ужасающая рана – остается лишь тонкая ниточка розовеющего шрама. Порадоваться не выходит, так как от слабости меня всю трясет. Перед глазами плывут звездочки и радужные круги. Хочется лечь рядом со спасенной девушкой на песок и больше не шевелиться. Еще и она произносит странные слова хриплым голосом:
- Не стоило этого делать!
Вот тебе и раз! Что же не так с этой красавицей? Но я не успеваю и рта открыть, как раздается ликующий вопль торгаша:
- Смотрите все! Алатея исцелила рабыню!
Мгновенно оказываюсь под всеобщим вниманием.
- Я беру ее! – выкрикивает молодой мужчина в латах и коже. Он здорово выделяется среди остальных: светлокожий, крепкий, с мечом, притороченным к боку.
Испуганно сжимаюсь в комок. Зачем я ему?!
- Двести золотых, господин! – заявляет льстивым голоском торгаш.
- Только что ведь было сто, - хмыкает воин, но отвязывает мешочек с монетами от пояса. – Возьми, этого должно хватить!
Бросает кошель под ноги жирдяю-торговцу. И кивает мне:
- Идем!
Мужчина уходит, тяжело ступая в своем снаряжении, а я бросаю взгляд на торговца. Можно идти?
- А кандалы снять? Ключи, господин! - кричит ему вслед торговец, но воин не сбавляет темп. Он просто уходит все дальше. - Беги за ним, дура! А то не успеешь! - пихает меня в спину.
Ну что за нелепость? Купил и бросил!
Меня шатает от слабости, когда бросаюсь следом за ним. Тяжелые цепи мешают нормально двигаться, и я едва бреду, проваливаясь в песок по щиколотку.
Оборачиваюсь, чтобы взглянуть еще раз на рынок: позади остаются рабыни, жирдяй-торговец и спасенная рыжая девушка, имя которой я так и не успела узнать.
______________
Спасиб за поддержку! Вы - чудо! Историю рыжеволосой красавицы вы найдете у Маргариты Абрамовой, в книге - "Трофей генерала Орков"
Глава 3
Догоняю своего нового хозяина, который довольно быстро двигается. Внезапный флешбек обрушивается на меня посреди рыночной улочки.
Крепкие мужчины тащат меня к лошадям. Перекидывают через круп животного, и я повисаю лицом вниз. Сбоку полыхает огнем какое-то селение. Так страшно! И больно! Будто там, в пожаре, остались мои близкие и знакомые. Я кричу, но меня быстро затыкают звонкой пощечиной. Мне остается лишь беззвучно давиться слезами, проклиная моих похитителей.