– Спасибо, придержи для меня место.
– Как звать тебя? – спросил Кормчий.
– Перикл.
– Неужели?.. Так ты…
– Нет, нет, к тому Стратегу из Афин я отношения не имею. Просто у меня точно такое же имя. Только и всего.
В самом деле, смешно как-то вышло. Показалось. Может быть, потому, что слишком часто подливал Кормчий вино из кратера в свой бокал. Те времена давным-давно прошли. Остались лишь назидательные истории, которыми любят поучать детей в школах. У того Перикла было прекрасное лицо и безобразная форма головы, он носил повсюду позолоченный шлем, а этот… обычный парень, и профиль у него совсем не героический.
– Перикл погубил Афины, – сказал Силан, ростовщик. Он тоже собирался в море, и купил место на корме.
С ним отправлялись в плаванье шестеро телохранителей. Силан не мог погибнуть, потому что седьмой головы у Сциллы попросту не было.
– Вранье, – сказал нынешний Перикл, обидевшись за тезку, и щеки его залила краска.
– Тогда объясни нам, почему Афины погибли! – хмыкнул Силан. – Ага! Молчишь!
– Афины не могли погибнуть, они бессмертны, – ответил Перикл.
– Но люди умерли, – заметил Кормчий.
– Да, люди. – Перикл глянул на Кормчего многозначительно.
– Кстати, Кормик, у тебя есть охрана? – спросил Силан.
– Нет.
– Но тогда тебя тоже могут сожрать. Кто в этом случае будет править кораблем? – не унимался Силан.
– Меня – не могут, – буркнул Кормчий.
– Ты что, заключил со Сциллой договор?
– Нет, не заключал. Но она сама прекрасно понимает…
– Понимает? – расхохотался Силан. – Эта тупая тварь ничего не понимает! Тебя могут сожрать точно так же, как и любого гребца или негоцианта.
Шестеро телохранителей Силана принялись громко свистеть.
Кормчий поднялся и вышел из таверны. На душе было паршиво.
«Не хочу никого возить, давно уже никого не хочу возить. Не хочу слышать вопли умирающих и хруст костей на красных от крови зубах Сциллы. Не хочу видеть, как льется на палубу кровь».
Но он знал, что это пустой крик души, что завтра он выведет корабль в море просто потому, что не умеет ничего больше делать – только управлять кораблем.
Неужели Силан прав, и безопасность Кормчего – всего лишь иллюзия, старая байка. Просто головы Сциллы хватают людей прежде всего возле бортов, а до кормы не доходит очередь. И неуязвимости нет, так же как нет бессмертия?
«Дурак! С чего ты ему поверил? Откуда этот жирный может знать подобные вещи?» – раздраженно думал Кормчий, освещая тропинку полотняным фонарем.
Кормчий так часто ходил по этой тропинке, что земля сделалась плотной и серой, но все равно всякий раз с обрыва срывался какой-нибудь камень.
«Прежний Кормчий правил кораблем двенадцать лет. А сколько я?..» – Кормчий остановился и попытался счесть годы.
Он не помнил, сколько лет назад сел за кормовые весла. Не записывал итоги рейсов, не отмечал на столбе, что поддерживал крышу в доме, вёсны и зимы. И не вел счет тому, сколько раз выходил в море. Он помнил только первый свой рейс и рейс последний. А между ними была пустота, именуемая однообразием.
Кормчий тряхнул головой, и в тот же момент услышал чьи-то шаги. Кто-то шел по тропинке. Вернее, бежал. Торопился догнать. Кормчий прислушался. Человек был один. Кто это? Один из постояльцев Циклопа? Приметил, что Перикл расплатился с Кормчим полновесной золотой монетой и теперь торопился нагнать?..
Кормчий повернулся, переложил в левую руку медное кольцо фонаря, правой извлек из ножен клинок. Когда-то он неплохо владел мечом. Но давно уже не тренировался. Обленился. Да и зачем? Сжимая двумя руками весла, меча из ножен не извлечешь. И не удавалось еще никому отбиться от Сциллы. Ни копьем, ни мечом. И стрелы, даже отравленные, не помогали. На корабль Кормчий всегда всходил безоружным.
Кормчий прислонился спиной к скале и стал ждать. Бегущий по тропинке наконец появился. Это был Перикл. Увидев в руке Кормчего клинок, юноша остановился.
– Эй, что с тобой, Кормчий? Решил, что я – грабитель? – Перикл рассмеялся. – Ну, ты даешь! Сначала заплатил, потом решил отнять монеты?!
– Не исключено. – Кормчий не торопился прятать клинок. – Многие так делают. Если деньги хозяйские…
– Я всего лишь хотел спросить. И чтобы не при всех.
– О чем?