– Хватит, - прошу, когда голос срывается. – Вы не имеете права заставлять.
– Хватит врать, Ника, - его глаза затягивает черным, на губах – улыбка и след моих зубов. Оу, это я так? – Ты сама даешь право, потому что хочешь этого.
– Не хочу!
Попытка жаркого спора заканчивается новым поцелуем. Более настойчивым, когда язык мужчины толкается в меня. Ощущение, что он не просто целует меня, а занимается сексом с моим ртом. Толкается и толкается языком, соприкасается с моим. Проходит по нёбу, заряжает непонятными ощущениям.
Когда в районе живота не бабочки, а вихри бушуют. Настоящие ураганы, дарящие ощущение невесомости. Словно должна упасть и жду этого, но именно Дамияр удерживает от того, чтобы расшиблась.
Его руки сжимают моё лицо, обхватывают и тянут, чтобы не могла оторваться. Скользят на шею, ласкают местечко под подбородком. Так медленно, на контрасте быстрых жадных поцелуев.
И я, к своему стыду, отвечаю мужчине. Неведомая сила толкает меня навстречу, заставляя перебирать пальчиками его тёмные волосы на затылке. Короткие, мягкие, такие приятные на ощупь.
Дамияр со звериным рыком припадает губами к моей шее. Втягивает кожу, пока та не начнёт жечь, распуская импульсы удовольствия по телу. Скручивает чувства до непонятной тягости между ног.
– Не рычи! – сопротивляюсь, потому что так надо, переходя на «ты». Я отвечаю ему и не представляю, что со мной происходит. – Не смей рычать на меня! Я тебе не…
– Не кричи, световласка, ты же не хочешь, чтобы кто-то нас увидел?
Я краснею от мысли, что так произойдёт. Я с Альфой в подворотне, а он целует меня, касается и зажимает. И слухи пойдут, и Костя непременно будет коситься из-за того, что в его понимании я с каждым Альфой теперь сплю.
А ещё краснею от обращения мужчины. Световласка. Так вообще кто-то ещё говорит? Но оно звучит на предельном шепоте, с нежность и каким-то удовольствием.
Может, если я снова перекрашусь в черный – Дамияр потеряет интерес?
– Ты такая сладкая, - сообщает, будто я недостаточна красная. – Вкусная. Так что, мне отпросить тебя?
– Что?
Мысли путаются, напоминая клубок нитей. Хватаюсь за одну, но наталкиваюсь на узелок. И снова, и снова. Ни одного предложения не получается сформировать, когда мужское тело вдавливает меня в стену.
– Ужин, - Альфа напоминает с улыбкой, убирает мои волосы с лица. – Мне договориться или сама отпросишься?
– Я… Сама. Пожалуйста, не надо так… Пойдут слухи.
– Боишься предрассудков горожан?
– Вы Альфа, вы можете с кем угодно проводить вечера. Но вот девушек, которые были с вами… Просто не надо.
Потому что от осуждения мне потом не отмыться. Шепот будет преследовать до конца. И при том, что ведь многие заводят отношения с оборотнями: короткие или долгосрочные.
Но, во-первых, Дамияр Альфа. Это всё меняет, выводит на новый уровень. И конечно, будет говориться за то, что это всё ради выгоды, лучшего положения.
А во-вторых, каждый творит, что хочет, но после может за это же осуждать других. Потому что у самих не получилось привлечь оборотня или из-за того, что этот самый оборотень бросил.
Наш городок безумен, а я его часть.
– Заканчивай приставать к Вере.
Мужской голос, чем-то похожий на голос Альфы, звучит с конца переулка. Я отворачиваюсь, прячу лицо на груди Дамияра, чтобы не показывать, насколько мне стыдно. И мужчина позволяет это, прикрывая от взгляда другого оборотня.
Господи, ну почему я такая невезучая? Мало того, что в первый же день привлекла внимание нового Альфы, так ещё и заинтересовала, чтобы тот начал свою погоню за добычей. А теперь попалась с поличным.
– Димитрий, сваливай, у меня дела.
– У нас дела, Дамияр. Проблемы со стаей, надо разобраться. Если ты, конечно, не решил променять всё на девчонку.
– Понял. Иди отпрашивайся, - это уже мне. – И жди дома, я приеду, как разберусь.
Ещё чего. Всем видом показываю, что не собираюсь никого ждать и уж тем более готовить ужин. Я не собачка, которая с радостью будет крутиться от возвращения Альфы.
Или приготовлю, что-то несъедобное и жуткое. Чтобы он вообще не рисковал ко мне подходить больше. Ну, или к моей могиле, если Дамияр действительно разозлится.