– От тебя пахнет псиной, - Кора недовольно морщится, помешивая сахар в чае. – Сильнее, чем обычно.
– Коралина!
Выкрикиваю, оборачиваясь по сторонам. Чуйка молчит, оборотней рядом нет. Но кто знает, кто тут ходит. Мне всё кажется, что сейчас в кафе зайдёт Дамияр и потащит меня обратно.
Альфа остался у меня ночевать, используя игру слов. И так довольно улыбался, что затылком чувствовала. Но ничего больше не делал, просто обнимал. А когда утром проснулась, уже ушел.
Не верю, что вообще смогла заснуть рядом с ним, хотя несколько часов лежала в страхе. Вдруг что-то сделает, пока я сплю?
А теперь снова боюсь, что найдёт меня. Я ведь не ставила никого в известие, что уезжаю из города. На короткие вылазки не нужно разрешение, катайся сколько влезет. И я катаюсь.
Потому что Кора.
– Ну прости, - подруга качает головой, улыбаясь. – Ты же знаешь мой чувствительный нюх. Не могу терпеть обо…
– Кора!
Девушка выросла в городе, где были только люди. И сейчас, изредка выбираясь за его пределы, совершенно не умеет следить за языком. Иногда мне кажется, что делает это специально.
Я знаю, что подруга входит в Сопротивление. Ту компанию самоубийц, которые пытаются что-то сделать против оборотней: перевозят желающих в безопасные места, пытаются подставить некоторых жестоких Альф, чтобы высшие чины их убрали самостоятельно. Борьба с ветряными мельницами, мир не изменить.
Но Кора считает по-другому.
И не мне её судить.
– Я слышала, что прошлый Альфы мёртв. Мне жаль.
– Альфа умер, да здравствует новый Альфа.
– Вероник.
– Закрыли тему.
Потому что у Коры тоже есть на меня компромат, что справедливо. Она знает, что я не сдам её властям, я – подруга будет молчать о том, как увидела злющего Давида. Тот перехватил меня, когда у меня был приступ неконтролируемой злости. Дошла тогда до ручки, действительно была готова уехать в город к людям, без вариантов.
А Кора меня встречала. Именно она мне и сказала, как добраться. Познакомились давно, в этом же кафе. Я была на школьной экскурсии, она стащила у меня пончик.
Ну и завязалось.
Она не знала, что Давид мой отец, не настолько была в курсе истории. Просто увидела, как тот забирает меня с собой, а мне на ходу пришлось придумывать легенду. Навреняка, Кора тоже решила, что Давид меня добивается.
– Ладно. Так ты что, с оборотнем замутила?
– Нет.
– Но от тебя….
– Так, Кора, я сейчас решу, что ты тоже оборотень. Так людей обнюхивают только они.
– Фи, - закатывает глаза, отворачиваясь к окну. – Ещё чего. Просто слишком чувствительна к запахам. У тебя всё хорошо?
– Да. Нет. Не знаю. Может есть шанс, что я смогу поехать учиться.
Ага, трижды, если Дамияр разрешит. А у читывая, как он был доволен моим признанием, то никуда меня не отпустит. И я пока не придумала тактику, как с ним себя вести.
Замуж за кого-то оборотня не хочу.
В постель к Дамияру тоже.
Ну, если положа руку на сердце или библию, то… Любимицей точно не хочу, чтобы потом всю жизнь быть привязанной к нему. Любимица – это прочнее, чем брак. Хуже.
Дядя Раду уверен, что мне нужно обратиться за помощью, а я хочу сама во всём разобраться. Чтобы не зависеть от кого-то, не выполнять чужих прихотей. У меня своя жизнь планировалась, без Альф и оборотней вообще.
– Я рада, - Кора тянется через стол, сжимает мою ладонь. – Значит, новый Альфа лучше? Господи, какая дикость, спрашивать разрешения на переезд. Помяни моё слово, когда-то даже такие вылазки нужно будет согласовывать. Как пленницы. Молчу, - подруга делает жест «рот на замке», видя мой взгляд. Иногда мне хотелось бы иметь такую же смелость, чтобы не скрывать настоящих мыслей. – Ну, в общем, у нас тоже сдвиги. Мы договорились за сотрудничество со столицей, они готовы закупать у нас уголь. И финансирование будет.
Город Коры, Староград, был удивительно успешным для того, где не было оборотней. Почти нет проблем с работой и питанием. Конечно, намного хуже, чем обычно, но лучше, чем у других. Они держались наплаву, доказывая, что можно жить и без Альфы.
Если когда-то снова решусь на такой безумный поступок, то только в Староград, под крыло подруги. Может, всё дело во мне? Я просто не в состоянии нормально позаботиться о себе сама, вот Дамияр и почувствовал слабую девчонку.