Не отвечаю, вжимаясь зубами в шею. Вдавливаю, вот-вот проткну. А Ника даже не двигается, только глотает злые слёзы. И это тот момент грани, когда я отступаю.
Тяну девушку к себе, обхватив её лицо. Провожу языком по влажным щекам. Соленые, горькие, застревают ядом в горле. Даже дышать сложнее, когда световласку так лихорадит.
– Успокойся, Ника. Я не собираюсь причинять тебе вред.
– Ты… Ты всегда так… Это ты был! Ты тот пси… сын прошлого Альфы! До Давида. Это ты меня пугал, да? Вечно. Чтобы я билась в страхе, а потом утешаешь. Я…
– Я не собирался доводить тебя до грани сегодня. Блядь, Ника, я ждал, что ты сама признаешь. Глядя в глаза попросишь защиты, доверишься мне.
Отступаю от девушки, лохмачу волосы. Будто молнией шибануло от всего этого. Дочь Давида, сука. Стоит передо мной, обхватив себя руками. Та чертова малышка, которая жутко раздражала.
Своей закрытостью, ни одной эмоции. А я видел, копал. Малолетний щенок, который крутился вокруг неё. Клацал зубами, вырывая реакцию. Лично для меня проблеск чувств.
Даже соображать не мог, никаких границ. Инстинкты брали верх, следовал за своей животной сущностью. Стоило догадаться, впервые увидев Нику. Та же реакция на неё, та же закрытость девушки.
– Вокруг дома мои люди, - предупреждаю глухо. – Не вздумай бежать. И я все ещё жду хоть слова от тебя. Подумай хорошо, световласка.
Мне надо её успокоить, утешить. Но если на секунду прикоснусь – меня снова переклинит. И в этот раз поставлю чертову метку, не спрашивая согласия. Прокушу кожу и наслажусь тем, что Ника теперь полностью моя.
Возвращаюсь на кухню, убирая осколки. Нахожу веник, сгребая всё в одну кучу. Каждая мышца превращается в камень, покрытый ядовитым плющом. Не получается сбросить слой гнева.
Выбрасываю остатки еды и осколки, цепляюсь взглядом за пустую бутылочку. Специфическая, с черными прозрачными стеклами. Пахнет резко, смертью.
И абсолютно пустая.
– Яр, - ладони световласки трясутся, когда она обнимает меня. Прижимается со спины, упирается лбом между моих лопаток. – Что ты хочешь услышать, я не…
– Для начала – за яд. Отравить меня и сбежать? Хорошая сделка.
– Дамияр, я…
– Всё правильно, световласка. Своя шкура дороже. Я, конечно, рассчитывал на другое. Зато понятно, почему не бежала ко мне с уговором. Изначально планировала или…
– Так получилось, - жмётся сильнее, не давая развернуться. – Ко мне попал сегодня яд. А ты говорил, что сделаешь с дочерью Альфы Давида. И это было прекрасным решением.
– Я понял. Самый лёгкий способ получить стаю, без лишней крови. Сама догадалась?
– Нет, Дамияр, нет. Как же я тебя ненавижу!
Шепчет зло, а её ноготки впиваются в тело сквозь ткань одежды. Шумно дышит, фыркает себе под нос. Но не отпускает, пачкает слезами, вздрагивает. А при этом сама ко мне жмется.
– Ты… Ненавижу. Должна ненавидеть, - бормочет тихо, едва слышно. – Ты же… А не ненавижу. Ты меня даже без попыток убиваешь, Альфа.
– Пытаюсь. А вот у тебя получилось, Ника. Яда не пожалела.
– Пожалела… Черт, как же ненавижу. Ни капли не смогла добавить, а стоило. Ты ведь… Ты не откажешься от своего плана, да? Выдать меня за какого-то волка, убрать с дороги?
– Не откажусь, световласка.
Есть законы.
И я обязан их придерживаться.