Такой взрыв чувств вполне понятен: ведь шел еще только июнь 1905 года, когда революция еще набирала силу, а Ленин очень и очень подумывал о победе. Вот почему он всю душу вкладывал в то, чтобы вовремя раскрыть глаза народу на действительное положение дел. Ведь немало было еще людей из народа, в том числе и рабочих, которые не могли разобраться в двойной политике буржуазии и нередко принимали на веру ее «революционные» речи и елейные гимны восставшему пролетариату.
Но, едва написав статью «Первые шаги буржуазного предательства», Владимир Ильич через два дня пишет и фельетон. Видно, очень уж ему хотелось привлечь внимание к столь явному факту буржуазного предательства как можно большего количества людей. Итак – «„Революционеры“ в белых перчатках». Уже само название довольно метко характеризует сущность «революционности» либеральной буржуазии. Название фельетона Ленину подсказала французская газета «Le Matin», из которой он и приводит следующий эпизод: «Когда депутатов привели в ту комнату дворца, куда должен был выйти царь… вдруг заметили, что у революционера Петрункевича нет белых перчаток. Полковник лейб-гвардии Путятин немедленно снял свои и поспешно дал их революционеру Петрункевичу» (т. 10, с. 300).
Конечно, этот эпизод и без комментариев достаточно смешон. Но мы с вами той французской газеты не читали, и кто его знает, может быть, французский журналист рассказал об этом случае, желая похвалить царских слуг за вежливость. Владимир Ильич же, естественно, не мог пройти мимо такого «вкусного» кусочка, увидев в этом акте клоунского переодевания символ окончательного скатывания буржуазии к лакейству перед царем.
Собственно, эпизод с белыми перчатками явился лишь дополнительным мазком к портрету так называемого революционера. В поведении Петрункевича были и более серьезные поводы для злой и едкой иронии в его адрес. Дело в том, что Петрункевич был действительно связан с революционерами и, по-видимому, в своем либеральном «журчании» о свободе, равенстве, о героическом пролетариате зашел несколько дальше, чем это было принято правилами хорошего тона. Это конечно же не могло не дойти до дворца, и вот царский министр говорит, что не сможет добиться приема царем Петрункевича, так как у него есть революционные связи. Но что же ответили министру депутаты? Они напомнили ему исторический прецедент, когда австрийский император поставил министром графа Андраши – бывшего революционера. Представьте, этот довод убедил министра, и депутаты, в том числе и Петрункевич, были-таки приняты царем.
И вот тут-то Владимир Ильич прямо-таки взрывается при виде подобного бесстыдства. Сравнивать себя с Андраши! Да ведь он был настоящим, а не только на словах революционером! «Граф Андраши, – пишет Ленин, – в 1848 г. участвовал настолько энергично в революционном движении, что после подавления революции был приговорен к смертной казни и заочно (in effigie) повешен» (т. 10, с. 299). Да, действительно, впоследствии Андраши сильно поправел, причем настолько, что даже стал императорским министром. Но это – типичный путь для западноевропейской буржуазии, которая «сначала все же сражалась по-настоящему, была кое-когда даже республиканской, ее вождей „осуждали“ – осуждали за государственные преступления, то есть не только за революционные связи, а за настоящие революционные действия. Потом, много лет, иногда десятилетий, спустя, эти буржуа вполне мирились с самой убогой и куцей конституцией… сами становились у власти и зверски подавляли и подавляют постоянно всякое стремление рабочих к свободе и к социальным реформам» (т. 10, с. 299). Вот так было на Западе. И конечно же было это трагедией для многих личностей.
И вновь история, попытавшись быть повторенной, обернулась фарсом. А для фарса – и слова другие: хлесткие, ироничные, насмешливые: «Русская либеральная буржуазия хочет соединить приятное с полезным: приятно считаться человеком с „революционными связями“, – полезно быть способным занять министерское кресло при императоре Николае Кровавом. Русским либеральным буржуа вовсе не хочется рисковать „осуждением“ за государственные преступления. Они предпочитают прямо перескочить к тем временам, когда бывшие революционеры вроде Андраши стали министрами партии порядка!» (т. 10, с. 299).