Вот так выступал Ленин перед рабочими, крестьянами, служащими, депутатами различных советов. И для всех у него находились разные примеры, свежие образы, новые слова. Одинаковым было только одно – правда.
История показывает, что простой народ и вообще всегда тяготеет к правде. Не случайно ведь слова «прост, как правда» сказаны именно рабочим. Не случайно также и то, что солдаты воюющих стран больше доверяли своим глазам, чем пропагандистским ухищрениям своих правительств. Солдат можно было обманывать лишь до тех пор, пока они своими глазами не видели действительного положения дел. Рассказывая обо всех случаях воздействия правды на трудящихся, Ленин тем самым воспитывал в советских людях уважение к правде, веру в нее.
Очень обидно, горько, что ленинская правда после его смерти ушла из жизни страны. Мне кажется, что только одна правда могла бы уберечь нас от всех ужасов 30-х и последующих годов. Конечно, мы шли первыми, ошибок, перегибов, перехлестов, наверное, избежать было нельзя. Но демократия, гласность, правдивость – все это помогло бы правительству совместно с народом гораздо быстрее и безболезненнее преодолевать все трудности. А главное, не было бы почвы для преступлений, ибо известно, что темные дела и делишки творятся только под покровом ночи, под покровом лжи. Сегодня мы все видим, как трудно возрождать привычку к правде. И тем, кто и сегодня боится говорить народу всю правду, пытается дозировать меру гласности, мне хочется посоветовать почитать внимательно последние тома Ленина и поучиться у него уважать народ.
Мне думается, что секрет огромной любви людей к Ленину заключался еще и в том, что люди интуитивно чувствовали отношение к ним Ленина. Владимир Ильич верил в разум народа, причем не только своего, но народа вообще. Он даже считал, что гораздо легче одному правительству обмануть другое, чем обмануть народ, ибо народу как раз свойственно чутье на правду.
В этом отношении очень поучительна рассказанная Лениным история о том, как Франция натравливала Польшу на молодую Советскую республику. Франции удалось-таки обмануть правительство Польши, втянув его в войну с Россией, но вот польских солдат обмануть было труднее: они больше доверяли своим глазам, чем буржуазным газетам. Рабочие Польши выступили против войны с Россией, так что польское правительство уже заведомо имело армию, ослабленную недовольством среди солдат.
Рассказывая об этом, Владимир Ильич откровенно радуется за польских солдат. Уж как старалась польская буржуазная печать, купленная на французские деньги, уверить народ, что Советской власти верить нельзя, что это власть насильников и обманщиков. «Все польские газеты, – рассказывает Ленин, – говорят это, но польские рабочие и крестьяне проверяют слова делом, а дело показало то, что, когда мы предлагали первый раз мир, мы этим уже доказали свое миролюбие и, заключив мир в октябре, мы также доказали это миролюбие. Этого доказательства вы ни в одной истории буржуазного правительства не найдете, и в умах польских рабочих и крестьян этот факт не может пройти бесследно…» (т. 41, с. 347). Вот так польские солдаты убеждались, что их обманывают не большевики, а свое правительство.
То же самое произошло и с Англией, которая поддерживала Деникина и Колчака, снабжая их различным снаряжением и оружием. «Кончилось это тем, – говорит Ленин, – что Колчак, Деникин были разбиты наголову и их сотни миллионов стерлингов полетели в трубу» (т. 41, с. 141). А все потому, что и Англия вынуждена была действовать исподтишка, за спиной у своего рабочего класса, ибо «рабочие Англии сказали: „Мы войны против России не допустим!“» (т. 41, с. 355). Ну а на одной материальной помощи Колчак и Деникин, естественно, не продержались. С каким юмором Владимир Ильич рассказывает о том, как английское правительство перехитрило само себя: «И к нам теперь один за другим подходят поезда с великолепным английским снаряжением, часто встречаются русские красноармейцы целыми дивизиями, одетые в великолепную английскую одежду, а на днях мне рассказывал один товарищ с Кавказа, что целая дивизия красноармейцев одета в итальянское берсалье. Я очень жалею, что не имею возможности показать вам на фотографическом снимке этих русских красноармейцев, одетых в берсалье. Я должен только все-таки сказать, что английское снаряжение кое на что годно и что русские красноармейцы благодарны английским купцам, которые их одели и которые по-купечески подходили к делу, которых большевики били, бьют и будут бить еще много раз» (т. 41, с. 141).