И вдруг ко мне пришло осознание того, что я первая, кто провела с ним ночь в ЕГО постели – на запрещенной, для всех остальных барышень, территории...
Тогда, может и не было никакого "развода меня"? Может Мишка просто чувствовал и делал то, что хотел? И почему я, собственно, усомнилась в нем? Он же никогда меня не предавал, не обманывал и был мне настоящим другом... Правильно сказала Наташка: он не сухарь, и все человеческое ему не должно быть чуждо. Он может влюбиться. А влюбиться в меня – не самый худший вариант.
Я, едва сдержалась, чтобы не улыбнуться.
– Ты зачем пришел? – из последних сил изображая равнодушие, спросила я. Ленский вытянул руки вперед, в которых держал мои туфли. – А-а, спасибо... – ответила я, забрала свою обувь и положила ее на пуфик. – А я-то уж подумала, что опять за завтраком.
Мишка улыбнулся.
– Я бы позавтракал. И даже пообедал и поужинал. Вместе с тобой, – он шагнул ко мне, переступая порог моей квартиры.
– А кто тебе сказал, что я согласна? – опешила я, отталкивая его и пытаясь не пустить дальше.
– Ну хватит, Милка, – ласково сказал Мишка. – Я все понял. Будем считать – научился на своих ошибках, наступив на свои же грабли. Проснулся утром, а тебя нет, – он взял меня за руку и притянул к себе. – А мне очень хотелось проснуться именно с тобой.
Я все таки не сдержалась и улыбнулась. И мой любимый друг понял меня правильно – прижал к себе и поцеловал... Хотя, какой Любимый друг? Друга-то больше нет...
А вот станет ли он Любимым – мы еще посмотрим.
Конец