На его лице лишь в первое мгновение отразилось крайнее изумление, когда в его конторку ворвалась девица в индейских брюках с бахромой и грубоватых шахтерских ботинках. Он тут же справился с эмоциями и, почувствовав настоящих покупателей, склонил перед Сьюзан голову в вежливом полупоклоне:
— Мэм?! Добрый день!
— Добрый день, мистер Бейч! Я — мисс Шенли! — представилась девушка. А проще — Сьюзан Шенли из Туин-Фолса! Я хотела бы приобрести у вас оборудование по этому списку! — она протянула продавцу перечень необходимого, составленный Гарольдом Фосдиком.
— А этот молодой человек у вас в качестве грузчика или консультанта? — поинтересовался мистер Бейч.
— Крис?! — Сьюзан довольно улыбалась. — И грузчик, и консультант! — Девушка вся светилась от радости. Казалось, ослепительные искры рассыпаются в разные стороны с ее иссиня-черных волос, лаковых кожаных перчаток и начищенных ботинок. Но, главное, счастливым азартом сияли ее зеленые глаза.
— Не слишком ли нарядно он вырядился для этого случая? — посочувствовал Кристиану владелец складов. — Имейте в виду, у меня есть свои грузчики, мэм!
— Ничего! Пусть потрудится во имя возрождения Туин-Фолса! — Сьюзан веселилась на славу. — Это ему в назидание, чтобы не обманывал стариков и честных девушек! — Посмеиваясь, она помогала рабочим загружать фургон.
Кристиан тоже занимался погрузкой и сверкой отобранного оборудования. Он предпочитал помалкивать, не ввязываясь с девушкой в спор. Он вдруг почувствовал азарт, когда руки его ощутили тяжесть буровых коронок, отбойных молотков, разводных ключей и прочих настоящих рабочих инструментов.
— Таким ты мне нравишься! — сообщила Сьюзан, когда все, что они приобрели, было загружено. — Подожди здесь! — Сьюзан и Джордж Бейч отправились в конторку, чтобы выписать накладные и оформить счет.
Вернулась она еще в более благодушном настроении.
— Я выторговала у мистера Бейча двадцать процентов скидки. Ты доволен покупкой, а Крис?! У меня просто душа от радости заходится! Боюсь сглазить! Я готова работать теперь день и ночь, лишь бы больше не пришлось возвращаться в танцзал «Тиары», обнажать ноги-руки и раскручивать посетителей. Представляешь, у меня и отца теперь будет свое дело. Он написал доверенность на мое имя!
— Крис, можно тебя спросить? — Сьюзан уселась на козлы, щелкнула хлыстом.
— Спрашивай, Сьюзан! — Кристиан отряхнул пыль с костюма, устроился рядом с девушкой.
— Говорят, что это не твои деньги, а вдовы доктора? Правда, Крис? Ты ради денег забрался к ней в постель? Что-то не слишком верится в эти россказни! — Фургон покатил по дороге. А Сьюзан запела своим гортанным голосом воинственную индейскую песню.
Кристиан печально покосился на нее, взмахнул рукой и, улучив момент, когда в ритмичной мелодии возникла пауза, ответил:
— Сью, что бы я ни сделал, я не вор! Это мои деньги! Но как доказать это окружающим? Я никогда не брал денег у женщин! Это противоречит моим правилам, милая Сью!
— Но как мне хотелось бы знать, что произошло между вами! — лукаво усмехнулась девушка. — Это очень заметно было, когда мы с ней резали и заштопывали ублюдка управляющего. Направляя повозку в сторону почтовой станции, она поинтересовалась: — Ты как, Крис? Останешься проигрывать свои денежки или вернешься со мной в Туин-Фолс?
— Возвращаюсь! — Кристиан сидел задумавшийся и немного озабоченный. — У меня остались кое-какие нерешенные дела. А мы успеем вернуться до темноты, Сью?
Если не будет никаких осложнений, то успеем! — уверенно заявила девушка, но тут же огорченно присвистнула.
Фургон повернул на Мейн-стрит, и взору открылась не очень радостная картина. Возле отеля «Айдахо», подпирая бедром стену, стояла воинственно настроенная Хелен. Ее охраняли три парня с кулаками размером в отбойную кувалду.
Кристиан растерянно посмотрел на них. Он не считал себя слабаком, но справиться в одиночку был, скорее всего, не в состоянии. Оставлять вещи и удирать, не расплатившись за номер, он не собирался. Полиция тут же направится по его следу. Но ему уже надоели разборки и подозрения.
Хелен торжествующе зашагала навстречу. Парни, напрягая плечи и поигрывая мышцами рук, сопровождали проститутку, всего лишь на шаг отставая от нее. Намерения компании были ясны.
Задерживаться на проезжей части было нельзя, надо было сворачивать на стоянку дилижансов и прочих экипажей. Но много ли толку, если Сью загонит фургон во двор почтовой станции, а выехать назад им не дадут? Однако делать было нечего, и Сьюзан свернула наудачу. Кони, словно почувствовали тревогу седоков, взволнованно заржали и стали бить копытами.
— Иди сюда, кроличек мой! — Хелен шла рядом с экипажем. — Что молчишь, приятель? Мои ребятки хотят размяться с тобой!
Сьюзан хотела повторить утренний фокус с хлыстом, но боялась, что могут пострадать невинные прохожие.
— Эй, приятель? — окликнул Криса знакомый голос. Возле дилижанса, готового отправиться в Туин-Фолс, прохаживался Салливан Росс. Заметив Хелен в сопровождении грозной троицы, он крикнул: — Клод! Приятель! Нашего друга Криса обижают!
— Кто? — Клод Паттерсон, сидя на крыше экипажа, неуклюже поворачивался всем своим внушительным корпусом.
— Джентльмены! — объявил Мэтью Уэст, кучер дилижанса. — Не соблаговолите ли вы подождать четверть часа? Надо выручить одного моего приятеля. Этот парень тоже торопится в Туин-Фолс! Хотя у него свой экипаж да еще с прелестным возницей! Но им мешают проехать дрянные мальчишки. Поможем?
Компания человек из пяти сорвалась с места и двинулась к Хелен и возглавляемой ею шайке.
— Как неприятно, когда милые, но испорченные девочки вмешиваются в мужские дрязги! — Мэтью накручивал на руку сыромятный хлыст. — Не поверю, малышка, что он тебе не заплатил или как-то еще обидел! Что ты хочешь?
Шайка попятилась и вскоре исчезла из поля зрения, растворилась в толпе, бредущей по Мейн-стрит.
И точно через четверть часа по Западному шоссе в сторону Туин-Фолса мчал дилижанс, а следом за ним, немного приотстав, чтобы пассажиры не вдыхали рыжую едкую пыль, переваливаясь на выбоинах и рытвинах, катил фургон, пассажиры которого дружно выкрикивали боевые индейские песни.
Глава 10
Мелисса вышла в прихожую, чтобы встретить посетителей. А в душе у нее царила сумятица. Гостей оказалось не так много, как она предполагала. На крыльце ее ожидали только самые, как когда-то она считала, близкие ее приятельницы. Миссис Кэтрин Прэгер, все еще чувствуя себя важнейшей персоной общества, гордо подняв голову, озирала Мелиссу с высоты своего роста. Миссис Руфь Кауфманн робко скрывалась за спиной Кэтрин и смущенно поглядывала на хозяйку дома. В руке она держала коробку с воздушными пирожными. Миссис Ханна Фишер со скорбным выражением лица держалась за сердце. И в довершение на площадке перед домом остановилась потертая от времени открытая коляска, из которой степенно спустился мистер Джозеф Баллард, городской адвокат.
— Добро пожаловать, леди! Добро пожаловать, мистер Баллард! Проходите, пожалуйста! — Мелисса улыбалась, словно в ее жизни ничего серьезного не происходило. Она понимала, что приятельницы и адвокат прибыли, скорее всего, с недобрыми вестями.
— Ты, дорогая Мэл, вероятно, не в курсе дела, если так беззаботно улыбаешься? Мы пришли выразить тебе сочувствие. Мы очень сожалеем, что пустили события в городе и в твоей личной жизни на самотек! Ты неопытна, выйдя из колледжа, сразу попала под опеку доктора. И никогда не жила самостоятельно! — Миссис Прэгер по привычке играла роль первой скрипки. Она старалась произвести впечатление и тщательно подбирала слова, что, по ее мнению, придавало речи многозначительность.
— А что случилось, леди? — Мелисса провела посетителей в дом. Удобно устроила каждого в гостиной. — Прошу вас, устраивайтесь поудобнее. Все сидячие места в вашем распоряжении!
Заметив прижавшегося к стене коридора Филиппа, миссис Руфь Кауфманн сделала ему знак, указав головой на кухню. И сама последовала за ним. Вернулась она с горячим чайником, подносом пирожных и тут же извинилась: