— Ты ведь понимаешь, что как только я тебе лицо разукрашу, то друзьями мы больше не будем?
Адам, уже сняв часы со своего запястья, сжал их на подобии кастета. Джерри всё-таки пришлось отпустить Николь, так как просто ему в лицо кулак Рида прилетел, и послышался тихий хруст переносицы.
— Сам свалишь или мне продолжить?
— Че ты за неё так вцепился? У неё пизда золотая что ли, или че? Я понять не могу?
— А тебя ебёт? — после этой фразы, Адам, будто вообще с цепи сорвался и, схватив парня за рубашку, просто начал нещадно бить уже бывшего друга по лицу, а тот и понять ничего не успел, так как был под кайфом. Да, Николь тут каждая девушка обзавидоваться может. За неё один красавец мужчина, бьёт лицо другого.
— Эй, прекратите! Оба! — девушка пыталась оттащить Адама, но выходило фигово, еще и самой прилетело по плечу пару раз.
— Ну и хрен с вами! — бросив эту затею, она ушла направлении машины. Хотелось поскорее забыть этот кошмар.
Вставив ключ в зажигание своей старой колымаги, девушка проматюкалась. Уперлась лбом в руль. Бросить их там обоих? Было бы правильно, но она все равно зачем-то заглушила двигатель. Не решаясь выйти, брюнетка трясущимися руками, набрала номер скорой. А Джерри, пусть он и был говнюком, она была нужна. Больше она пальцем о палец не ударит, точно сумасшедшие какие-то.
Отпустив парня, когда тот просил уже пощады, Адам, опомнившись, побежал до парковки, а когда увидел, что Николь ещё не уехала облегченно вздохнул.
Подойдя к авто, он постучался в стекло. Рубашка была запачкана каплями крови, да и на лице пара капель тоже было. Только вот Рид сейчас больше на бедного щенка был похож, который провинился.
Кертен на всякий случай заблокировала двери, потерла лицо ладонями, не веря до сих пор, что во всем этом замешана, а потом, пересилив себя, посмотрела в окно.
— Что? — только и вырвалось у нее из уст. Это было самое цензурное, что она могла сказать. Он все еще был ее руководителем и субординацию… какая к черту субординация? Он со своим дружком отымел ее в своем кабинете, а потом избил его на парковке у нее на глазах! Это даже для фильма было бы слишком. Много экшена. Как будто на нее свалились все невзгоды на десять лет вперед! Знала бы она, что все не так просто.
— Прости меня. Что мне сделать, чтобы ты меня простила? Денег? Дам сколько захочешь. Цветы? Можем хоть щас поехать. Может, не знаю, мне ещё на колени встать?
Когда вы ещё увидите более жалкое зрелище как это? Начальник просит прощения у своего же подчинённого. Может, Адам и не такая уж и пропащая душа?
У девушки от удивления чуть глаза на лоб не вылезли. Она растерялась, не ожидала услышать ничего подобного, но предложение про «встать на колени» звучало крайне заманчиво. Быстро взяв себя в руки та ответила:
— Ничего мне не надо. Просто оставьте меня в покое.
Заведя машину, она сделала глубокий вдох.
— Отойдите от машины, не хочу вас зацепить. Или хочу. Не знаю уже. Короче идите-ка нах*й! Вот, так правильнее будет.
Нажав на педаль газа, она уехала, оставляя того одного.
Адам не просто был расстроен. Он был обижен и возмущён. Да что бы его девушка ещё и послала?! Ну, косяк он и в Африке косяк.
***
Неделю спустя. Три часа ночи. Тишину нарушает лай соседских собак, ну и очень редкие проезжающие мимо домов машины.
Однако, возле одного из небольших домиков, а именно, где жила Николь, раздался громкий и протяжный крик. Судя по тому, что голос был низкий, он принадлежал в хлам пьяному мужчине. А знаете кому? Пра-а-авильно, горе начальнику — Адаму Риду.
— Николь! Выходи! Я хочу с тобой поговорить!
Судя по тому, что рубашка была немного грязная, а в некоторых местах в крови, он подрался с кем-то в баре, где наклюкался, ещё с собой и бутылку джина приволок, попивая её прямо из горла во время криков.
— Ну Нико-о-оль! Я же тебя люблю! Харе обижаться!
Да он так всех соседей перебудит, не иначе!
— Что за пизд*ц? — Николь, лежа в кровати, громко выругалась, заткнув лицо подушкой. Какой люблю? Они знакомы без году неделя. Стыд-то какой. Неужели из-за этого придурка ей придется еще и переезжать? Взяв в руку телефон, она набрала номер, что успела уже переименовать в «засранца». Гудки, гудки, кто-то снял трубку.
— Мистер Рид, если вы не уберетесь нахрен, я вызову полицию.
— А ты выйди, и мы всё обсудим. Я и дальше буду стоять возле твоего.. Ик.. Дома.
Судя по звуку падения, он ещё и навернуться успел так как решил через заборчик перелезть. Тут уже не выдержал сосед и вышел на улицу с картечью, но была она заряжена солью.
— А ну, ушёл! Или я тебе в зад соли всажу!