Я не могу отвести взгляд, любуюсь ее красотой. Она тоже смотрит на меня, хлопает длинными ресницами, а потом отводит глаза… Мне хочется закричать: “Нет, нет, смотри на меня, Дана! Я здесь, я люблю тебя…”
Но вместо этого я поворачиваюсь к Еве, беру ее за руку и несу какую-то чушь. Спустя минуту к нам, наконец-то, подходит официант, и мы делаем заказ. Василиса с Евой говорят об учебе, Темыч сидит с унылым видом и то и дело проверяет время на телефоне. А я все бросаю взгляды в дальний угол - туда, где сидят Дана Игоревна и, судя по всему, ее подруга.
Они о чем-то говорят, улыбаются друг другу. Дана Игоревна больше не поворачивается в мою сторону. Наверное, мне показалось, что она смотрела на меня с каким-то особенным выражением. Навыдумывал себе, что могу понравиться такой шикарной девушке, нафантазировал бог знает что…
Вот он - мой удел - милая, хрупкая блондинка, студентка, сидящая напротив меня и заглядывающая мне в рот на каждом слове. Очень даже симпатичная, а главное - доступная.
Я стараюсь больше не смотреть в сторону Даны Игоревны, хоть и все время ощущаю ее присутствие рядом. Вскоре нам приносят еду, и я набрасываюсь на свою долгожданную пасту. По неосторожности томатный кетчуп попадает на мое худи.
— Черт! — ругаюсь я.
— Надо замыть, а то не отстирается потом, — говорит Василиса.
Я встаю из-за столика.
— Хочешь, я помогу тебе? — тонким голоском спрашивает Ева.
— Спасибо, детка, я сам, — отвечаю я, улыбаясь ей.
Она вся светится от того, что я называю ее деткой. Все девчонки так реагируют на это прозвище. Совет парням - хотите завоевать крутую чику, назовите ее “деткой”.
Я иду к туалету. Проходя мимо столика, где сидят Дана Игоревна с подругой, я замечаю, что к ним присоединился мужчина. На вид - солидный дядька, по возрасту, как мой отец. Что за очередной мудак?
Мудак смотрит на Дану Игоревну восторженным взглядом, и я снова чувствую укол ревности.
“Да что ее все на стариков-то тянет? Что она в них нашла” — раздраженно думаю я, проходя мимо.
Дана не смотрит на меня, но я слышу ее голос. Он теперь тоже другой - более мягкий, в нем нет стальных ноток, которые звучали днем. Видимо, стальные нотки - только для студентов.
В туалете я яростно тру пальцами пятно от кетчупа, но оно никак не хочет смываться. Все-таки, надо было брать с собой Еву. Женщины владеют некими тайными знаниями по поводу стирки. Мужчинам эти знания не доступны.
По моей светлой кофте расползается безобразное, мокрое, светло-рыжее пятно. Что за день? С утра - вода на джинсах, сейчас вот - размазанный кетчуп на худи. И главное - опять при Дане Игоревне. Хорошо, что она на меня не смотрит.
Я вытираю руки и выхожу из туалета. Но, проходя мимо столика своей возлюбленной, я замечаю, что ее настроение резко поменялось. Старый мудак зачем-то подсел к ней слишком близко и теперь держит ее за руку. Судя по всему, ей это не нравится, у нее такое лицо, как будто она сейчас заплачет.
Я даже не думаю! Просто иду к их столу, хлопаю по плечу мудака и громко спрашиваю:
— Дед, у тебя все в норме?
Он резко оборачивается и смотрит на меня убийственным взглядом.
— Какой я тебе дед? Тебе чего, парень? — грубо спрашивает он.
— Мне - ничего! — не менее грубо отвечаю я, — а вот тебе - чего? Вот это интересно! Дамы от тебя явно не в восторге! Ты бы лучше шел отсюда и не приставал бы к тем, кто тебе в дочери годится!
— Ярослав! — строго говорит Дана Игоревна.
Ага, включила преподавательницу!
— Извините нас, Михаил! — говорит она оправдывающимся тоном, — Это мой… знакомый. Сейчас я все улажу и тут же вернусь.
Она берет меня за руку и отводит в сторону. Как маленького мальчика, ей богу. Но мне приятно ее прикосновение. Повернувшись ко мне, она говорит приглушенным голосом:
— Ярослав! Прекратите устраивать этот цирк! Я вам не клоун-напарник! Ваше повышенное внимание к моей персоне становится просто оскорбительным!
Я чувствую ее теплое дыхание, и мне хочется поцеловать ее сладкие губы. Но в ее темных глазах застыл укор, и мне, как маленькому мальчику, становится стыдно.
— Простите меня, Дана Игоревна. Я подумал, что этот человек тоже донимает вас своим повышенным вниманием.
Она несколько секунд смотрит на меня, сурово сдвинув брови, а потом произносит своим стальным голосом, не терпящим возражений:
— Как бы там ни было, я не нуждаюсь в защите какого-то мальчишки-студента. Вы целый день будто преследуете меня, Ярослав Борисов! Прошу вас - угомонитесь! В университете мы с вами - студент и преподаватель, а в обычной жизни мы с вами друг другу - никто!