“Ну зашибись, че! Будем учиться вместе!” — мысленно радуюсь я.
— Дана Игоревна, это наш новенький студент. Ярослав Борисов, — торопливо говорит толстуха Василиса, глядя на красотку преданным взглядом.
Дана Игоревна?
Эта грудастая чика с высокомерным взглядом - мой препод по зарубе?
Да как так? Ебануться…
Вот это я попал!
Глава 2. Яр
Дана Игоревна, значит?
Ну-ну.
Всю лекцию я ничего не пишу, только пялюсь на ее буфера, обтянутые тонкой белой тканью. Я сижу на первой парте, прямо перед ее столом. У меня лучшее место в этом кинозале! Эти ботанички, видать, бояться садиться к ней близко. Еще бы! Наверняка, их слепит ее красота.
Я же глаз не могу отвести от нее. Когда она дышит, мягкая округлость груди то вздымается вверх, то оседает вниз. Я молюсь, чтобы пуговки на блузке при каком-нибудь глубоком вдохе разлетелись в стороны, и мягкие округлости вывалились наружу.
Ммм…
Интересно, какого цвета ее сосочки? Она блондинка, наверное, они светло-розовые. Хотя… Глаза у нее темно-карие, может, и соски тоже коричневые.
В штанах снова все напрягается. Как с ней, такой секси преподшей, можно учиться? Я даже не могу понять смысла слов, глядя на пухлые, алые губы, которые очень сексуально двигаются во время разговора. У нее ровные, белые зубы и розовый язычок. От одного ее бархатного голоса можно обкончаться! Я еле сдерживаюсь, можно сказать.
Сладкая конфетка…
Страстная, наверное. Горячая. Опытная.
Сколько ей? Чуть больше двадцати пяти?
Красивая. Откровенная сексуальность из нее так и прет!
Я протяжно вздыхаю. Тело горит огнем.
Зуб даю, она будет моей!
В лепешку разобьюсь, но завоюю ее.
Тем не менее, в конце пары, эта сладкая конфетка строго спрашивает меня, глядя в глаза поверх очков:
— Я смотрю, Ярослав, вы ничего не пишите. Видимо, у вас отличная память? Запоминаете лекцию на ходу?
— Да, память у меня идеальная! Помню наизусть рецепты всех известных алкогольных коктейлей и фамилии всех порноактрис! — с нагловатой ухмылкой отвечаю я, — Кстати, зовите меня Яр, так привычнее.
Девственницы сзади шепчутся, охают и вздыхают. Видимо, я не на шутку оскорбил их благородные чувства.
Дана Игоревна вскидывает брови, уголки алых губ едва заметно вздрагивают. Открыв толстый ежедневник, она делает какую-то пометку. Потом снова смотрит на меня. Ну и взгляд у нее! Испепеляющий! Мне становится жарко.
— Отлично, Я-рос-лав — говорит она, нарочно чеканя по слогам мое полное имя и не сводя с меня глаз, — Тогда к завтрашней практике вы подготовите для нас небольшой доклад про Теодора Драйзера. Думаю, с вашей памятью это будет очень легко сделать! Напомню - никаких листочков. Только живая речь.
Уголки ее губ поднимаются кверху, и лицо озаряет улыбка. Вот только улыбка не добрая, а ядовитая и насмешливая.
Я разочарованно вздыхаю.
Сучка… Это жестоко!
Чего она агрится на меня? Недотраханная, что ли? Если так, то это мы быстро исправим. Я трахаюсь, как бог. Нужно лишь правильно подкатить к такой высокомерной недотроге.
Ничего! И не к таким подкатывали! Прорвемся!
— Сделаю, Дана Игоревна, — уверенно отвечаю я, глядя ей в глаза, — Для вас - все, что угодно сделаю!
Улыбка ее слегка меняется, а потом и вовсе сходит с лица. Нахмурившись, она стреляет глазами в разные стороны аудитории - в те места, где раздаются шепотки.
А потом она встает из-за стола и говорит:
— Как видите, котятки, Драйзер прекрасен и не так прост, как кажется. Поэтому не тяните до экзамена. Читайте прямо сейчас. Поверьте на слово, “Сестра Керри” попадет вам в самое сердечко!
После этих слов Дана Игоревна захлопывает ежедневник, собирает со стола бумаги и, громко цокая каблуками, идет к двери. В это время звенит звонок, пара окончена, девственницы начинают копошиться за своими столами, собирая по сумкам ручки и тетради.
— Всем до свидания! — говорит Дана Игоревна и улыбается, обводя взглядом аудиторию.
Я впервые вижу ее искреннюю улыбку. Она прекрасна… Сердце тает, как ванильное мороженое на солнце…
Ее взгляд доходит и до меня, на секунду наши взгляды встречаются. Я чувствую, как мое сердце срывается и летит вниз со скоростью света. Ее ресницы вздрагивают, и уже в следующую секунду она выходит из аудитории.
Несколько долгих секунд я сижу, не в силах пошевелиться, будто она и вправду растопила меня своим взглядом. А потом соскакиваю со стула хватаю рюкзак и несусь к двери, расталкивая в разные стороны девственниц.
— Эй, ты чего?
— Новенький похож на обезьяну!