- Не смотри! Проклятье! Не надо, – прошипел про себя, прекрасно понимая, чем обернется для нее подобное зрелище. Ее тело сотрясала дрожь, пальцы цеплялись за полы плаща. Сгибаясь пополам, как старуха, горбясь, на подкашивающихся ногах, она тяжело дышала, ведя борьбу с рвотным рефлексом…
Почувствовав его взгляд, подняла голову, окидывая больным, затравленным взглядом. В ответ он вложил в свой всю поддержку, на какую был способен в данной ситуации. Не переставая при этом отклоняться от очередного удара. Помогло. Словно очнувшись, она, выдувая воздух, плавно задышала, восстанавливая дыхание. Потом с трудом выпрямилась. Несколько минут постояла, всматриваясь в даль, резко развернулась и побежала прочь с поляны. В принципе он ее не осуждал и даже, где-то глубоко в душе, понимал. Она все правильно сделала. Ей тут не место. И такую, при этой мысли он криво усмехнулся, возможность сбежать не упустил бы сам.
Возвращаясь к сражению, он понял, что противник теснит их к кромке леса. Хочет, зараза, заманить в тупик. Передавая по кругу приказ, охотники сгруппировались в тройки, отсекая от выгодных позиций Темных. Им удалось их разделить. Теперь враг сам оказался зажатый Мольфарами. Но толку от этого их манёвра все равно было мало. Темные, живые и здоровые, даже по одному удачно отражали любой удар. Ни разу ни один из мечей не достиг своей цели.
Обдумывая и анализируя свой план, он не сразу понял, что что-то изменилось. Его сила завибрировала, натянулась и потекла... Но самым удивительным стало то, что около первой тройки охотников странно вел себя Темный. Его щупальца опустились, мощные удары больше не сыпались на изрядно уставших людей. Только потом он сообразил и решил обернуться, чтобы увидеть своими глазами настоящее чудо. Чудо, давно канувшее в прошлое, чудо, которое в руках только одарённого, обученного человека превращалось в их надежду на будущее, которого он уже думал и не дождётся. Его ведьма укрывала воинов прочной защитой истинной Викарии. Это что-то невообразимое. Охотники в долгу не остались. Яростные удары обрушились на Темную тварь. Но Бог продолжал оставаться невредимым и, самое обидное, живым.
Внимательно рассмотрев физиологию Бога, Брейнор заметил, что кожа, которая обтягивала череп, тоньше, чем на других частях огромного тела. Недолго думая, он решился на отчаянный шаг. И только тогда, когда на землю отлетело полголовы, а тело Темного тяжело и громко шлепнулось на землю, он осознал, что перевес в сражении будет теперь на их стороне. Невероятно. У них в отряде есть Викария. Ошалевшие от жара поединка, заряженные первой победой, он и его люди быстро взяли в оборот Темных Богов. Те отчаянно сражались, давали должный отпор, но и их силы были небесконечны. Убив второго Бога, нацеливаясь на третьего, он вдруг почувствовал, что их связь с Эйлин оборвалась. Не понимая, в чем дело, обернулся, чтобы в следующее мгновение сорваться с места, отчаянно понимая, что не успеет.
В огромной дыре портала в кольце черных щупалец исчезала его ведьма. Он видел, как Стел и Рен метнулись в портал вслед за Эйлин. Он же, по пути отрубая голову последнему Темному, уже практически протискиваясь в маленький проём закрывающегося портала, спокойно и сосредоточенно решил, что больше ее он не потеряет. Хлопок. И вот он уже летел в неизвестность.
Глава 16
Три года назад.
Эйлин
Каждый звук шагов звонко отражался от каменных стен, заставляя сердце стучать быстрее. Жутковато вот так идти одной и ждать за каждым поворотом очередную проверку. То, что это проверка, Эйлин не сомневалась. Сокровища достанутся только достойному. А вот достойна ли она, сомневалась. Но упрямо шла вперед. А как иначе? Три пролета прошла без приключений. Вот четвертый поворот, и ее сила подает предупреждающие сигналы.
Так, поняла. И на карте очередной ключ, а в реальности снова, кроме стен и темноты, ничего не видно… Эйлин остановилась. Факел освещал метра на три. Этого было достаточно, чтобы не на ощупь передвигаться вперед. Сила – помощница – рванула первой, по пути проверяя любые изменения в пространстве. Первый шаг, второй… Стоп. Сила налетела на один из камней, который, если внимательно приглядеться, выделялся среди остальных. И так как передвигать силой мыслей предметы она не умела, ей ничего другого не оставалось, как применить свою, родную силу эмпата. Подчиняясь, она расползлась по стене, передавая Эйлин отголоски чьих-то чувств. Они шептали слова заклинания, заговаривали тот подозрительный камень. Волнение, очень сильное волнение, испытанное тем человеком, а точнее женщиной, было настолько мощным и очевидным, что Эйлин даже разглядела руки шептавшей, которые сильно дрожали. Кто-то возлагал огромные надежды на эти ловушки. Зачем? Эйлин не понимала. Но догадывалась. Только одаренная могла обезвредить эту ловушку. Одаренная силой эмпатии. Теперь она точно знала, что нужно делать. Подошла к стене и направила свои эмоции на камень. Щелчок. Камень задвинулся внутрь, возвращая стене привычную ровность. Сила успокоилась. Эйлин продолжила свой путь.