- Ну-ка, пусти меня, - на плечо Кирилла легла тяжелая ладонь.
Кир выпрямился, радуясь, что ему не придется продолжать этот тягостный разговор. Взглянув на только что приехавшего Молота, он лишь отрицательно покачал головой.
- Это бесполезно.
- Ничего, - мягко улыбнулся ему высокий синеглазый брюнет. – Сейчас все решим, - с этими словами он сел в машину и повернулся к застывшей, словно истукан, девушке. – Как тебя зовут?
Словно зачарованная, она назвала свое имя, не сводя громадных глаз с Молота. Казалось, несчастная практически лишилась сил и рассудка и больше не могла противостоять ни им, ни кому бы то ни было еще.
- Мила… - она максимально отстранилась назад и опустила голову.
- Посмотри на меня, Мила, - велел брюнет и, когда она подняла глаза, продолжил: - Никто ничего не сделает. Посмотри на меня, девочка. Я ведь не обижал тебя, так?
- Нет… - прошептала она еле слышно, дрожа от страха и холода.
- Ну, вот, - не сводя взгляда с ее перекошенного диким ужасом лица, он облегченно провел рукой по длинным волосам, убирая их назад. – Все позади. Я обещаю, что тебя больше никто не тронет. Ну…
Все еще судорожно прижимая к себе тонкий плед, Мила снова взглянула на него. Уголки ее губ дрогнули, а на глаза навернулись прозрачные слезы.
- Ну… - Артем протянул руку, едва ощутимо касаясь боковой стороны шеи девушки.
Она всхлипнула и… бросилась в его объятия.
Глава 10
Стоя на пороге комнаты, Кирилл молча наблюдал за Молотом. В эти минуты друг был совсем не похож на того, кого все привыкли видеть всегда. Удивительно, как может меняться человек!
Сложив руки на широкой груди, он задумчиво смотрел на девушку, что лежала на кровати. В эти минуты она была непривычно тихой и спокойной – никаких криков, метаний и сопротивления. Обведя взглядом хрупкое тело, он покачал головой. Тонкая игла от системы, что крепилась к вешалке, которая стояла в изголовье кровати, казалась удивительно здоровенной. Странно, как она вообще не пропорола насквозь эту почти прозрачную ручку, что больше походила на лапку воробья.
- Артем? – в комнату заглянул Олег. – Там Алтай приехал.
- Да, иду, - бесцветно отозвался Молот и даже не сдвинулся с места.
- Давай уже, - подошел к нему Лавров. – Иди.
- Да-да. Кир, - позвал Артем, проходя мимо Волконского.
Во дворе, опираясь на капот темного внедорожника, стоял невысокий полный казах. Завидев Артема, он направился ему навстречу.
- Доброй ночи, - Молот пожал мягкую ладонь с короткими толстыми пальцами, похожими на сардельки.
- Уже утро, - возразил Алтай, показывая на сереющее на востоке небо. – Что тут у вас опять?
- Кажется, мы вышли на след Каймана.
- Ооо, - вскинул густые черные брови собеседник Артема. – Рассказывай.
- Может, я лучше покажу?
- Олег сказал, что вы нашли девушку? – уточнил ночной гость.
- Да.
- Я не любитель подобных зрелищ, - передернулся Алтай. – Говори так, коротко и по делу, а то я с ночи.
Молот кивнул, понимая, что друг прав и нечего тянуть кота за интересные места. Алтай Ибрагимов помогал ему уже не первый год, за что Артем был безмерно благодарен ему. Алтай, будучи начальником местного РОВД, закрывал глаза на некоторые прегрешения друзей парня.
Что сказать-то? Дела их не отличались белизной, если рассматривать их с точки зрения закона. Только, как известно, законы у всех разные, от того некоторые и не мучились совестью. По крайней мере, ночами они спали относительно спокойно именно потому, что занимались тем, что осудили бы многие. В глазах простых людей они были не самыми примерными гражданами. Превышали скорость, дрались в ресторанах, дебоширили в клубах. Словом, вели себя так, как и подобает молодым ребятам.
Мало кому могло прийти в голову, что статный красавец Артем Золотарев, больше известный как ди-джей Симба, хладнокровно выносил самые суровые приговоры, что уже оборвали не одну жизнь и еще не одну оборвут. Мог ли кто-то представить, что Олег Лавров - заводила и балагур, с наступлением ночи превращался в молчаливого типа в черной толстовке и кепке, низко надвинутой на глаза, чьими руками приводились в исполнение приказы Артема? Все это было известно лишь избранным – кому доверяли не только свободу, но и жизнь.