- Бессердечная сучка, - констатировала Настя, делая большой глоток кофе. – Парень-то что тебе сделал?
- Я не о Кире, - возразила Скворцова. – Об отце…
- Вот, знаешь, - вздохнула Настя. – Это, конечно, не мое дело, но месть – плохая штука. Она не принесет тебе облегчения, поверь.
- Неужели? – буркнула Надя. – Люди разные. Ты – светлый человечек и судишь всех по себе.
- А у тебя прям ведьмино черное сердце! – всплеснула руками блондинка, едва не разлив кофе себе на колени. Вовремя перехватив чашку, она выругалась и потянулась за полотенцем.
- Отчасти, - согласилась Надежда.
- Блин! Все равно, стрёмно все это, - уголки пухлых губ подруги Надежды опустились вниз, придавая ее хорошенькому личику выражение плаксивой куколки.
- Ничего, переживет, - возразила Надя. – Бросать своих детей – вот это, Насть, стрёмно. Врать своим родным – это тоже стрёмно, а открыть глаза на такого вот враля – это вполне себе хороший поступок.
- Кому от этого легче станет?
- Мне, например.
- А остальные? Кирилл, его родные, твоя мама, наконец…
- До остальных мне нет дела, - жестко проговорила Надежда. – Что касается, мамы, то она только рада будет, что хоть кто-то попортит крови моему папеньке. Почему бы не я? Если у кого-то и есть на это право, то только у меня.
- Может быть, - вздохнула Настя. – Тут я не могу указывать тебе, что делать. К сожалению или счастью, мой отец не бросал меня.
- Вот именно, - кивнула Надя.
У Насти была вполне нормальная семья – мама, папа, бабушка, она сама. Вполне состоятельные родители стремились обеспечить ее по мере своих возможностей. К слову говоря, возможности позволили купить дочери квартиру в центре города. В университет Настя поступила своими силами, блестяще сдав экзамены, чем обеспечила себе место на бюджетном. Она отлично рисовала, поэтому вполне логично, что стала студенткой факультета, где готовили художников и дизайнеров. Уже третий год она вполне успешно оправдывала доверие государства, которое платило ей хоть копеечную, но стипендию, как студентке-отличнице. На эти деньги можно было разве что купить свечу в храме, но факт оставался фактом – Настя кое-что из себя представляла и без толстого папиного кошелька.
- Ладно, хватит об этом, - пресекла Надежда не приятный разговор. – Что у тебя нового? Как в универе дела?
- Ну… - загадочно улыбнулась подруга. – В универе все складывается прям вот отлично. Так хорошо, что даже страшно!
- А подробнее? – наклонилась над столом Надежда.
- Короче, - начала Настя. – Есть вариант пройти практику в одном крутом ателье в Токио.
- Да ладно?!
- По обмену, - кивнула блондинка, радостно сверкая глазами. – Прикинь, если меня возьмут?! Я смогу завести знакомства и попытаться продвинуть свои эскизы, - она кивнула в сторону пухлой папки, что лежала на небольшой столике, который стоял возле окна кухни-студии.
Помимо основной профессии дизайнера, Настя увлекалась созданием одежды. Следовало отметить, что у нее это получалось даже лучше, чем первое. Большинство своих нарядов она сшила сама, а еще мечтала запустить линию собственного бренда. Конечно, с положением и деньгами родителей для нее это не было чем-то заоблачным и не осуществимым, но проблема заключалась в самой Насте. Она хотела добиться этого самостоятельно.
- Тебя возьмут, - уверенно проговорила Надя. – Ты же потрясно рисуешь.
- На это место есть еще два кандидата, - вздохнула девушка. – Одного я вообще не воспринимаю всерьез, а вот Лика…
- Это та, которая постоянно метит на бюджет? – вспомнила Надежда.
- Да, - кивнула блондинка. – У нее хороший потенциал. Если я продую ей финальный конкурс, то не видать мне Японии и всех пряников, что с ней связаны.
- А есть вероятность, что продуешь?
- Вообще-то, да, - кивнула Настя. – Мы идем в ногу по профессиональным навыкам. Я не сомневаюсь в своей компетенции, но… - она развела руками. – Лика та еще штучка.
- Найди на нее компромат, - посоветовала Надя. – У такой обязательно что-то должно быть за душой.