- Хорошо, - кивнула Надежда. – Итак, значит, Кайман?
- Они развернулись около четырех лет назад, - начал Симба. – Сначала мы не связывали воедино все эти случаи, но после того, как они изуродовали Ольгу, занялись ими вплотную.
- Кто такая Ольга? – спросила Надя, поведя плечами. Ей вдруг стало страшно. При одной только мысли о том, что ее случай далеко не единичный, все внутри скручивалось в тугой узел.
- Сестренка Монгола, - ответил Артем. – Один из моих ребят. Они совсем еще молодые. Лехе только двадцать три, Оля на два года младше. С ней все и сейчас очень плохо. Из дома почти не выходит. На фоне нервного срыва начала развиваться боязнь открытого пространства.
- Агорафобия, - кивнула Надежда, допивая чай. Подавшись вперед, она поставила бокал на низкий журнальный столик с прозрачной столешницей и взглянула на него. – Что вам известно?
- Мало, - вздохнул Артем. – То, что они нападают на дорогах; то, что после них почти никогда не остается живых девочек; то, что главаря называют Кайманом.
- Я не знала клички, - проговорила она. – Есть какая-то система в их налетах?
- Не замечали пока.
- Нет, система должна быть обязательно, - возразила Надежда. – Такие люди придерживаются намеченного плана. Всегда.
- Ты думаешь, они планируют это?
- Поверь мне. Возможно, он даже сам не замечает, но планирует.
- И в чем же может заключаться эта, как ты говоришь, система?
- Одно могу сказать точно: он жестокий, но его не заводят избитые девушки.
- То есть, он не… - друг Кира замолчал, подбирая слова. Он не хотел выражаться открыто, поэтому повисла тишина.
- …не участвует в изнасиловании, если до него девушку сильно избили, - она закончила за него фразу. – Если я верно помню - «похожа на разделанную курицу» - так он сказал.
Артем поднялся и принялся мерить шагами комнату. В словах Надежды был смысл, поскольку именно так было с Милой и с Ольгой. И как он сам не догадался? Одна девушка – случайность, две – вторая случайность, но если появилась третья – это уже закономерность. Взявшись за голову, он взъерошил густые длинные волосы, обнажая благородную седину у основания лба и на висках.
- Что такое? – насторожилась Надежда.
- Где-то я уже слышал это, - проговорил Артем.
- В любом случае, нужно искать связь между женщинами, чтобы понять, кто он и что за человек.
- Он – не человек, - машинально возразил ди-джей.
- Почему ты этим занимаешься? – спросила Надя, все еще не понимая, что могло толкнуть, казалось бы, обычного человека на такую тропу.
- Потому что кто-то должен, - развел он руками.
- Не верю, - усмехнулась она в ответ. – Ни один нормальный человек не станет добровольно таким делом промышлять.
- Больше нечем пустоту заполнить, если хочешь…
- Что с тобой случилось? – Надя поднялась с дивана, набрасывая на плечи плед, и подошла к нему.
К тому времени Артем уже успел снова сесть в кресло. Когда она подошла ближе, то заметила, как во взгляде мужчины мелькнуло нечто такое, что не поддавалось описанию. Дикое выражение… Ни с чем не сравнимое – такой взгляд бывает у загнанного в угол зверя. Такой зверь опасен своей непредсказуемостью. Он либо смирится и даст себя пленить, либо бросится и разорвет глотку тому, кто перед ним.
- Это не важно теперь.
- Значит, все же было что-то и в твоем прошлом, - заключила она. Подтянув плед так, чтобы он удобно ложился в руки, девушка развела их в стороны. – Похожа я на супер-вумен? – поинтересовалась, неожиданно меняя тему разговора.
- Думаешь, этому городу нужен новый герой? – фыркнул Артем.
- Думаю, что он уже есть, - снова стала серьезной. – Знаешь, ты удивительный человек. Я не видела такой самоотдачи еще. Думаешь о всех, но никому не нужен сам по сути, хотя необходим каждому.
- Я не жалею об этом. Пойдем, - направился к двери. – Хочу за пульт.
- О, - обрадовалась Надя. – Я люблю твою музыку. Давно хожу в этот клуб только ради того, чтобы тебя послушать.
- Знаю, - ответил Артем, придерживая дверь. – Года полтора.