— Понимаешь…
— А что еще решил за тебя твой шеф?
— Он и твой, между прочим.
— Был. Я его вычеркнула.
— Но мне это не так просто сделать.
— Ты считаешь, что мне просто? — Катя представила Андрея с Данусей на пляже, взявшихся за руки, как совсем недавно это было с ней, и гнев затуманил ей глаза. Всего несколько дней назад он и не предполагал уезжать в отпуск, напротив — говорил, что предстоит сумасшедшее лето и нужно провернуть несколько крупных операций. Даже обмолвился о возможном приезде Ладислава и Шнайдера.
— Почему ты замолчала? — забеспокоился Андрей.
— Извини… Я желаю вам с женой хорошего отдыха, — и она дала отбой.
Через минуту Катин телефон вновь затренькал. Она, не спрашивая, кто звонит, брякнула:
— Что еще?
— Родная моя, любимая, настанет день, и ты поймешь… Все будет, как мы с тобой решим. Я ничего не забыл…
— А я постараюсь забыть! — почти выкрикнула она. — Говорят, что от любви до ненависти всего один шаг… Я буду очень стараться сделать этот шаг. Тебе больше не о чем беспокоиться, — и Катя отключила телефон.
Елена Андреевна, присутствовавшая при этом разговоре, не стала ничего говорить дочери, тем не менее она прекрасно понимала, что в данной обстановке реакция Кати не совсем адекватна — сказывается дикое совпадение свалившихся на нее событий: убийство Степа, обнародование тайного романа с Андреем, увольнение с работы.
— Мама, — еле слышно проговорила Катя, — он предал меня…
— Не спеши с выводами, Катенок.
— Он будет целый месяц наслаждаться с этой мраморной статуей в Крыму, а что делать мне?
— Разве раньше он не возвращался к жене, уезжая от тебя?
— Тогда все было иначе, — настаивала Катя, — а теперь это предательство.
— Я не стану вмешиваться в твои дела, хочу только сказать, что Андрей не показался мне предателем.
— Ты видела его несколько минут, да еще в такой обстановке, при этих ментах, что ты могла заметить, мама? Боже мой, почему все мои мужчины погибают, почему?
— Не говори так, Катенок, Андрей жив…
— Но не для меня! — перебила Катя. — Что же мне делать?
— Если это вопрос не риторический, а адресован мне, то я бы посоветовала тебе позвонить Даше на работу и попроситься к ней на дачу. Поживи за городом хотя бы недельку, а там поглядим, — Елена Андреевна обняла дочь, прижала к себе, подумала, что хорошо бы она заплакала — все-таки слезы всегда спасительно действуют в подобных случаях.
Катя не плакала…
Андрей вернулся домой, забронировал по телефону билеты на самолет, собрал кое-какие свои вещи, бросил в раскрытую пасть чемодана и ушел в кабинет. До самого вечера он оставался там, не вышел к ужину, чем поколебал уверенность Дануси в том, что муж примирился с необходимостью сохранить брак.
Когда укладывались спать, она разыграла небольшой спектакль: разделась догола и стала мельтешить перед мужем, который уже улегся, — будто бы искала ночную пижаму и, не найдя ее, так, голышом, и легла. Через минуту протянула руку к Андрею, обняла его. Он вскочил, как ужаленный, резко освободился от нее и с исказившимся лицом бросил:
— И не думай! Ничего подобного между нами не будет!
Дануся сделала вид, что не придала этому значения, что-то ласково замурлыкала и вновь потянулась к нему.
Он повернулся на другой бок.
— Можешь пожаловаться своему дяде, что я отказываюсь трахать тебя, — назвал он все своими именами…
В аэропорту перед вылетом, улучив момент, Андрей выслал телеграфом денежный перевод Кате, довольно большую сумму, как и обещал.
Катя получила извещение о переводе перед самым выходом из дома. Даша уже ждала ее в машине, когда разъяренная Катя вылетела из подъезда, громко хлопнув за собой дверью.
— Ты что, подружка, разбушевалась? — спросила Даша.
— Нет, ты представляешь, что он себе позволяет! Деньги мне перевел!
— Кто, Степ?
Катя с недоумением уставилась на Дашу, но внезапно сообразила, что та еще ничего ровным счетом не знает.
— Знаешь, Дашунь, — сказала она после минутного размышления, — давай доедем до дачи, а там я тебе все расскажу. За эти четыре дня столько всего произошло… Ты просто не сможешь спокойно вести машину, и мы, чего доброго, угодим в аварию.
— Это ты зря, я даже в подпитии прекрасно веду.
— Нет. Потерпи. Приедем — расскажу…
Клава с Сашенькой встретили подруг накрытым столом, и, уж конечно, Клава расстаралась — Даша позвонила ей и предупредила, что привезет с собой Катю.
Сашенька бросилась к матери, потом повисла на Кате и неожиданно сказала: