— С учетом как он нас ненавидит, вряд ли он захочет созерцать то, что мы достигли цели, в чем-то преуспели и далее по тексту. Не захочет он с нами сотрудничать, — покривил губы Вильмо.
— Зато мы уберемся с Пояса, это же ему выгодно, — Лиц отхлебнул кислейшего пойла.
— Если не уберемся, я из Пояса сделаю магический вертеп, — зло шикнул Даэли.
— На это нужно давить при заключении сделки, — кивнул Рэйко. — Я завтра договорюсь с портальщицей, но договариваться с этой мразью Ратмиром пойдем все. Это нас всех касается.
Договориться с Аникой было легко, когда она узнала, что у нее одна из самых значимых магий на Поясе, была готова почти на все. Когда же узнала, что, если владелец ставленной ей магической печати вдруг погибнет, погибнет и она, была готова на все абсолютно. То, что она узнала о своей магии, решили пока никому не говорить. Предложение демонов встретиться донесли до Ратмира Душан и Руслан, причем в случае отказа, выродки грозили перебить пол базы и все равно поговорить с главой ордена. Ратмиру не нужно было угрожать, он и так бы встретился с демонами, снедаемый любопытством, зачем же он им понадобился.
Демоны и их ведьмаки явились в поселение, где обитал орден Равенства в четко оговоренное время. Поселение было обнесено забором, их впустили внутрь, через ворота, где на охране стояли члены ордена. Один из охранников вызвался проводить, местные поглядывали с недовольством, выродки же чувствовали себя вполне комфортно. Впрочем, они практически везде так себя чувствовали, в отличии от их ведьмаков, Самайла с Лицем поглядывали на местных с раздражением, им было неприятно их неуважение к силе магии, Зоран, на которого смотрели как на предателя, злился, Эпри было стыдно перед этими людьми, она для себя уже уяснила, если где-то появлялись ее демоны, они сеяли разврат или совершали жестокие расправы, или и то, и другое. Тем временем их проводили в дом, где члены собирались для заседаний, там была небольшая комната, где Ратмир обсуждал дела "не для всех ушей" со старшими членами братства. Глава ордена сидел во главе длинного стола, после приветствий сквозь зубы, Ратмир велел охраннику удалится, все равно он был бесполезен, против демонов весь орден был бессилен. Чернокнижник уселся обратно. Зоран посмотрел на Даэли, тот кивнул, ассасин демона верно уловил настрой начальника. Ратмиру вдруг захотелось вскочить со своего места и отскочить в сторону. Он исполнил свое желание, и Даэли занял его место. Глава ордена возмущенно посмотрел за Зорана, на выродка не отважился, эта трусость в себе его напрягла. По правую руку от Даэли села Самайла, по левую Рэйко, рядом с ведьмой сел Вильмо, а рядом с Рэйко Лиц, далее расселись Эпри с Зораном. Ратмир сел рядом с Эпри, таким образом чтобы говорить с Даэли, ему пришлось бы выгибаться с конца.
— Да поставь уже стул напротив меня и садись, — процедил Даэли. — Просто знай свое место, ублюдок.
— Я-то свое знаю, — Ратмир покосился на развалившегося в вульгарной позе Вильмо.
— Ратмир, давайте сразу к делу, — светским тоном заговорил Рэйко. — Нам нужно купить у Вас магическую метку одного из ваших членов. Вы сможете передать ее демону?
— Вам здесь не рабовладельческий рынок, господа, — внутренне Ратмира трясло, но внешне он оставался спокоен, и выражение лица его носило лишь отпечаток насмешливости.
Чернокнижнику было невдомек, что все эти игры со внешними признаками спокойствия напрасны, демоны видели его насквозь.
— Как ни кинь, а все блин, — мягко улыбнулся Рэйко. — Ваши метки договора с орденом, все одно, что рабские.
— Это вынужденная мера, на время, — отбил Ратмир.
— И если маг решает выйти из ордена, Вы расторгнете договор, разрушите метку?
— Нет. Плоть слаба, и новобранцем стоит носить ее до определенного срока, пока магия на самом деле не начнет внушать им отвращение. Буду с вами честен, многие в ордене лишь от отчаяния, что не могут открыть свою магию и обиды на тех, у кого она есть. И вступая в орден они руководствуются в первую очередь идеей — раз не мне, так и не кому. Магу без магии или человеку выгодно, чтобы остальные были такими же.
— Как мне это знакомо! — поморщилась Самайла. — Хочется разодрать вас всех.
— Но ты не такой, Ратмир, — с интересом присмотрелся к чернокнижнику Даэли. — Ты действительно веришь в свои идеи. Хочешь, чтобы абсолютно все на Поясе лишились магии, ибо ведет она к беззаконию, моральному разложению и жестокосердию.