— Вот так представление! — поразилась Найтя. — Самайла, как тебя угораздило не подпалиться то? Да и все здесь не спалить? Да и мы куда смотрели… Не остановили тебя.
— Обычное фаершоу, — закатил глаза Рэйко. — Самайла профессионал, знает технику безопасности.
— Прекрасное шоу, ребята! — воскликнул Ведя. — У меня аж обоняние прорезалось, видимо нос был забит. А сейчас так четко запахи растений чувствую, траву, древесину… А тот дуб будто бы шепчет мне.
— Ой, неужели тебя такого прагматика и на романтику потянуло? — хихикнула Яла. — И о чем шепчет?
— О том, что из него прекрасный столик выйдет, — хохотнул Ведя.
— А у меня, кажись, тоже прорезалось что-то, — почесал нос Шора. — Как будто грозу слышу… И запах дождя чую, но не здесь, а за лесом где-то.
— Да ну тебя, — махнула рукой Найтя. — Еще мистики дешевой нагоняешь.
— Ребята, пойдем купаться, пока вода совсем не остыла к ночи? — весело сменила тему Ялка.
Найтя и Яла стали снимать футболки, оставаясь в купальниках, остальные поморщились и отказались — вечером вода в реке была ледяной, кроме, конечно, мага воды. Лиц радостно скинул с себя одежду и полез было в воду, но тут техногеники увидели в свете костра его исполосованную шрамами спину.
— Ой, мамочки, — Найтя в ужасе зажала щеки ладошками. — Да как же такое могло произойти?
— Это как от ударов плеткой что ли? — голос Шоры дрогнул.
— Металлический кнутик, — понурил голову Рэйко. — Когда-то Лиц попал под террористический захват. С заложниками обращались негуманно.
— Не слышал о таком в новостях, — задумался Ведя.
— Упоминали, — криво улыбнулся демон. — Но вскользь, уж очень мы далеки, да и все тогда были юны.
— А он еще и моложе нас, — прошептала Найтя со слезами на глазах.
— Но современная косметология, медицина, — начала вдруг шокированная Яла.
— Пожалуйста! — серому магу было так не по себе, что аж мутило. — Не нужно менять жалеть.
— Да оставьте в покое парня, — буркнул Ведя. — Шрамы мужчину украшают.
Лиц ничего не ответил, вошел в воду, прохладная вода давала покой. Эпри и Рэйко пошли за ним, зашли по пояс прямо в одежде.
— Все хорошо, мой хороший? — обеспокоенно спросил демон. — Почему ты сам не свой?
— Они так искренне жалеют меня, — вздохнул серый маг. — А я не тот, кто заслуживает сочувствия. И мы их презираем, и если найдем портальщика, я представить боюсь как вы будете выбивать из него магию.
— От всей своей демонической души советую привести свои мысли в порядок, а чувства выключить совсем. Возможно, мы его уже нашли, — в голосе Рэйко звучала почти угроза.
Демон вышел из воды, ведьмак посмотрел на побелевшую ведьму.
— Останься в реке, Эпри. Лучше вообще из нее не выходи, — сухо бросил он и побрел за начальником.
Лиц и сам бы с удовольствием просидел в воде до утра, но боялся, что может понадобиться Рэйко. После слов демона речная ведьма тоже не хотела оставаться в стороне, она двинулась к берегу шепча реке слова восхваления на своем наречии, холодные воды обнимали ее и дарили тепло, впервые за много столетий кто-то посмотрел на них истинным взором и обратился к ним.
— Реченька добрая, — прошептала ведьма уже сидя на берегу и как бы поглаживая воду.
— Ты с рекой играешь как с большим животным, как будто она разумна, — Икорь смотрел на девушку завороженным взглядом.
— Она разумна, все вокруг разумно, если ты этого не замечаешь это не значит, что этого не существует, — Эпри тут же пожалела о своих словах и внутренне сжалась, готовясь к порции обвинений в темноте и устаревшем суеверии.
Но вместо этого Икорь ответил:
— А знаешь, ты и вправду ассоциируешься у меня с реками, Эпри. Будто знаком тебе мир древнего колдовства, и общаешься ты с водами цветущей весной, когда фруктовые деревья цветут желтыми и оранжевыми цветами или осенью, когда листва на деревьях желтая, красная, а еще почему-то сиреневая. Привидится же такой сюр?