Но сейчас, он застрял в одиночестве. И сходил с ума от запаха Рейн, оставшегося здесь. Он по-прежнему чувствовал ее присутствие. Слышал ее. Ощущал ее вкус. Но это был, всего лишь мираж.
Его взгляд затуманился.
Лиам не собирался звонить ему, чтобы рассказать об их гребаном местонахождении. Но даже если бы у него и была возможность поговорить с ней, Хаммер не нашел бы ничего лучше, чем просто попросить у нее прощения. Что только еще больше усугубит ситуацию между ними
Оцепеневший и опустошенный, он отвинтил крышку с бутылки и с жадностью присосался к ней, поглощая прозрачную жидкость, и наслаждаясь тем, как та обжигает горло. Текила снесла его внутренние барьеры, и он позволил себе окунуться в воспоминания о Рейн.
Перед его глазами, тут же начали сменяться картинки: вот вечеринка, которую он устроил на ее восемнадцатый день рождения; черт, а вот ночь, которую, после потери девственности, она провела в слезах; а вот тот торжественный день, когда она получила диплом об окончании колледжа - в каждом из этих моментов, он всегда был рядом с ней. Преследуя ее своим постоянством.
Хаммер до настоящего момента даже не подозревал, как сам нуждается в том, чтобы у нее была потребность в нем. Смог бы Лиам занять его место?
Хаммер понятия не имел, сколько времени он просидел на середине кровати, вцепившись в подушку, на которой она спала, но судя по почти пустой бутылке Patrуn, предположил, что прошло несколько часов. Сколько еще бутылок он должен выпить, чтобы вырубиться? И, черт возьми, он выпьет их все, если они помогут облегчить эту боль.
Опустив голову на подушку, он снова уловил ее уже затухающий аромат. Но ему захотелось большего. И даже, несмотря на то, что новые напоминания о ней, заставляли его раны вновь кровоточить, он приветствовал эту боль.
Хаммер сполз с кровати, и, спотыкаясь, вышел в холл, направившись в комнату Рейн. Резко открыв дверь ее шкафа, он сгреб руками несколько рубашек, подвешенных на плечиках, и прижал их к груди. Закрыв глаза, он жадно и глубоко вдохнул. Ахх, вот и она. Ее запах заполнил его ноздри, и вместе с ее потрясающим видением, кружившим его голову, он почувствовал, как увлажнился его рот. Вот так, гораздо лучше.
Он чуть не споткнулся о собственные ноги, когда повернулся и побрел обратно в свою комнату. Вновь опустившись на кровать, он вцепился в ее одежду руками и, уткнувшись лицом, начал вдыхать ее сладкий и женственный аромат мускуса, умирая от желания вновь услышать ее нежный голос. Посмотреть в ее большие голубые глаза, искрящиеся любовью.
Боже, да он, без сомнения, не сдержался бы и взял у нее больше.
Из его горла вырвался мучительный крик.
- Иисус, Макен. Что, черт возьми, с тобой случилось? Бек стоял в дверях, прищурив свои темные глаза, и с жалостью смотрел на почти пустую бутылку текилы.
- Patrуn не помогал тебе раньше. Так почему ты думаешь, что теперь, что-то изменилось? Возьми себя в руки. Серьезно, чувак, ты пугаешь посетителей даже больше, чем я.
Резко отбросив от себя рубашку Рейн, он попытался встать, но у него ничего не получилось, и он просто повалился обратно на кровать.
- Думаешь, мне не насрать на чужое мнение? Ты не мозгоправ. Иди лучше найти того, у кого лопнула артерия и зашей ее. Вали отсюда.
Он засмеялся.
- Божечки мои, ты такой душка. Видимо, ты не настолько сильно хотел Рейн, раз даже не поборолся за нее, несмотря на то, что трахал ее всю ночь. Весьма громко, могу заметить. Вы двое, влюбленных голубков, ни хрена не дали мне поспать.
Он ухмыльнулся.
- Ты собираешься и дальше напиваться до беспамятства? Я думал, что ирландский болван был твоим закадычным другом. Но, не смотря на это, когда он выводил ее через парадную дверь, ты просто стоял там и смотрел, даже не пытаясь что-либо предпринять. Все кончено, мужик. Она ушла. Прекрати распускать нюни и займись уже, в конце концов, своим бизнесом.
- Да у меня, блять, просто не было выбора. Как я могу любить ее, когда она не может быть той, кто мне нужен - когда, черт возьми, я не могу дать ей то, в чем она нуждается? Это дерьмо..., - его голос затих.
- Да, Лиам, мой лучший друг. Черт, да он мне как брат. Так почему он так поступил со мной? Ведь он знал... Эта сволочь читает меня, как гребаную книгу. Но он все же всадил мне нож в спину.
Хаммер покачал головой, глядя на дно бутылки.
- Наверняка он собирается затрахать ей мозги. Это его метод.
Вздохнув, Бек вошел в комнату и взял бутылку, стоящую между ног Хаммера. Осушив ее одним глотком. Он поставил пустую бутылку на тумбочку, отодвинув и развернув стул спинкой вперед, уселся на него.